На оборотной стороне коряво выведена надпись: "Рее от Эви. Жди меня"
Шок.
Понимание бьет по нервам. Вспоминается, как в больнице я рисовала эту картинку. Еще должна быть одна картинка с куклой барби в шикарном синем платье. Тонкая дрожащая рука протягивает мне последний, мятый рисунок.
Барби. В синем. И подпись. "Рея, когда станет взрослой".
Нервно сглатываю. Я не понимаю, как так?
Девочка поднимает свое заплаканное личико и смотрит на меня. Один ее глазик ярко зеленый, а второй - ярко голубой. Снова смотрю на рисунок. Боже. Один в один. Такого не может быть...
- Ты часто болела, а твой дедушка рассказывал тебе о других мирах. Конечно, для тебя это были всего лишь сказки, но все равно. Мне было одиноко, и тогда Ник Олай рассказал тебе обо мне...- девочка всхлипнула и обняла свои колени, глядя на рисунки в моих руках.
Николай...моего дедушку звали Николаем. Значит, он был здесь. Был...
А я так надеялась, что все это ошибка. Бред межмирового масштаба.
- ...ты нарисовала дерево. А я посмотрела воспоминания Ник Олая о тебе. Немного позже он принес рисунок мне. Я сохранила. - прошептала малышка, склонив голову. - Мне так хотелось увидеть тебя в живую, что твой дедушка решился и привел тебя сюда. Мы играли вместе три дня...
Ее слезы капали на песок. А она не могла никак остановиться. Осторожно взяла ее за руку и усадила к себе на колени, не встретив сопротивления.
- ...тогда было как сейчас. Для тебя это было во сне. Но это было так удивительно. Весело. И ты призналась мне, что у тебя никогда не было друзей...
Всхлипы душат девочку, но она все равно продолжает говорить.
- ...ты обещала прийти вновь...я стала скучать. Думала, что это просто потому, что одинока. Пыталась поиграть с другими детьми, но все было не то. Только с тобой было так хорошо. Я чувствовала, что не одна...
Она замолчала и, взяв альбомные листочки, прижала их к груди.
-... ждала тебя, а ты не приходила. Ник Олай сказал, что ты пошла в школу, но очень часто болеешь...и тоже скучаешь...- очередной всхлип. - ...и ты нарисовала нас...ты смогла прийти, но намного позже...я не хотела отпускать тебя, мы говорили все время...обо мне...о тебе...
И в памяти стали всплывать давно забытые (стертые) картины. В то время я уже выглядела старше, чем Ильреен. Тогда я пошла в третий класс.
- ...мы еще не знали, что это наша последняя встреча... - прошептала девочка. - ...когда ты уходила, твой дедушка стер твои воспоминания, стараясь уберечь тебя от Хозяина. Уже тогда он знал о тебе и старался достать. Твоя сила тоже была запечатана. Сейчас она просыпается...
Слушая девочку, не заметила, как начала гладить спутанные волосы. В какой-то момент мелькнула мысль о расческе. Та мгновенно появилась в моей руке и не думая, я начала расчесывать девочку, вызвав новый поток слез.
- ...ты всегда любила, так делать...всегда...ты обещала, что будем вместе...ты пришла, и я надеялась, что ты услышь меня...позовешь...но печать сильна, она развевается так медленно...- девочка обняла меня. - Я очень сильно скучала, Эви.
И я обняла ее в ответ, чувствуя, как по моим щекам катятся горячие слезы. Голову разрывает от разных мыслей и картин, приносящих душевную боль.
- Не уходи, Эви.
- Я не ухожу. - хрипло отвечаю малютке.
Но она качает головой.
- Нет. Ты не понимаешь. Ты не хочешь здесь оставаться, ты рвешь нашу связь, стараясь уйти. Поэтому моя магия развеивается и твоя рана не затягивается. Ты умираешь. - она подняла личико. - Только я больше не оставлю тебя. Я пойду с тобой.
Я нервно сглотнула. Таааак. Вот же я попала. А воспоминания одно за другим накатывают. Одно краше другого. И голову уже разрывает от потока информации. Когда-то она выбрала меня, а я дала ей надежду. А сейчас...сейчас я забираю ее.
Я помню, как мы сидели здесь, в пустыне, после того как покатались на санках по заснеженным горам. В пустыне мы грелись. Пусть мы и не в реальности были в зимнем царстве, болела я после таких приключений по-настоящему.
Никогда не забуду, как Ильреен, маленькая Рея мечтала по-настоящему побегать со мной по лесу. И тогда я сказала, что если мы будем очень-очень сильно хотеть, чтобы она стала живой маленькой девочкой, то она станет. И мы верили.
Играли в снежки, рыбачили, носились как сумасшедшие с сочками, ловя бабочек. Как плакала Ильреен, рассказывая о сестре, а я успокаивала ее, говоря, что теперь у нее есть я и я ее не оставлю.
И я помню, как перед отправкой домой я рисовала последнюю картинку, думая как же Рее идет синий цвет. Тогда я поняла, что не хочу возвращаться. Поняла, что мой дом здесь. На Ильреен. Вместе с ней.
Все еще с удивлением я обнимала малышку и думала, что в этот раз никто не заставит меня забыть.
***
Мы сидели лицом друг к другу, держась за руки, совсем как в детстве. Рея грустно улыбалась.
