В пустыне смена солнц шла так быстро, а мы все не могли наговориться. После того, как дедушка умер на Земле, связаться со мной у нее не было шанса, ведь он оборвал все нити. Он разорвал нашу связь, отдав всю свою магию, и я знаю, он не жалел. Ведь он считал, что поступает правильно. Только перед смертью он признался, как тоскует по мне и жалеет, что разлучил нас. И уже в образе духа, бесплотного тела, он начал показывать мне сказки, стараясь немного уменьшить ощущение одиночества.
Мы говорили о моей жизни на Земле. О том, как я закончила школу, вышла замуж. О предательстве мужа и желание спрятаться от всех. Иногда Ильреен смеялась, обнимала меня и жалась просто как маленький котёнок.
Как и любой другой ребенок жаловалась на тех, кто обижал её. Бил, калечил, уничтожая её разум и волю.
Рассказывала, как она плакала, но никто не мог помочь, никто не мог спасти ее от этой страшной боли, такой сильной, что ей начало казаться, будто она сошла с ума. Дедушка делал все, что было в его силах, но только его воспоминания обо мне снижали эту боль. Только в воспоминаниях Ник Олай Ильреен чувствовала себя живой.
Она была одинока, никто не слышал ее криков о помощи, все словно оглохли и продолжали свою праздную жизнь, не меняя ритма. А она скучала.
Она рассказала, как сильно она обрадовалась, почувствовав меня здесь. Потому что поняла, что теперь не одна. Теперь нас двое. Мы вместе. И как огорчилась, поняв, что магия печати сильна, как и прежде. Дедушка постарался от души.
- Ты уйдешь? - спросила Ильреен, когда я поняла, что мои ноги затекли.
- Рея, я человек, не понимаю о какой силе вы говорите все время, но я не смогу восстановить свое тело. - она сморщилась, пытаясь сдержать слезы.
Я понимаю, что ей больно. Но сила...да, я вдруг стала понимать другой язык, но исцелять-то себя я не умею. Я - человек. Девочка вся подобралась и заглянула в мои глаза. Что за мысли роятся в твоей голове?
- Эви, а если...если получится заживить рану, ты останешься? - она с надеждой смотрит на меня. - Ты сможешь ходить на Землю, правда, ненадолго. Ведь ты не сможешь стареть как обычные люди. Эви, ты останешься? Пожалуйста...
Я улыбнулась и просто кивнула. Слова здесь лишние.
- Правда?- в ее глазах снова заблестели слезы. - Обещаю, я буду отпускать тебя на Землю. Я смогу. Правда-правда.
Она прижалась ко мне так сильно, что даже через одежду я ощутила жар ее маленького тела.
- Эви, я никогда не говорила тебе...но моя магия - твоя магия. Моя жизнь - твоя жизнь. Так будет всегда. Ты моя Хранительница. Ключ к твоей магии - я. Можно провести сотню обрядов единения душ, но...
Она с какой-то странной тоской посмотрела на меня. И мне кажется, так уже было. Тогда. В далеком прошлом.
-...Эви, позови меня...
Сердце тревожно забилось в груди. Да! Такое уже было! Я помню.
- В реальности?
- Можно и здесь. Только - маленькая ладошка легла на сердце. - зови всей душой. Так как умеешь только ты.
От осознания важности момента тело занемело. Решается моя судьба. Блииин, как страшно.
- Рея...Ильреен...- словно пробуя на вкус ее имя.
Такое знакомое, но в то же время такое чужое.
- Ильреен давай останемся вместе.
- На все времена? - и снова горячие капли скатываются по ее щекам.
- На все.
И вновь она обнимает меня. Так крепко, что становится трудно дышать.
- Рея, задушишь.
Но она словно не слышит. Легким становится больно. И словно волна на песчаном берегу, она исчезает во мне.
- Что...
- Пора просыпаться, Эви. - и в груди появляется тепло. - Нам еще столько всего надо сделать. И у нас впереди - ВЕЧНОСТЬ.
Стало очень больно. Словно вновь пронзили мое сердце. Я резко открыла глаза и глухо застонала. Свет, кажется, слишком ослепительным и веки сводит судорогой.
-Эвелина? - слышу голос Кеверника прямо над собой. - Эвелина, открывай глаза медленно, очень медленно.
Несколько шагов и шепот в дверь:
- Лекаря, немедленно.
Приближающиеся шаги и кровать прогибается под тяжестью чужого тела.
- Больно?
- Страшно. - тяжелый сип.
- Тьма. Тебе лучше пока не говорить. - слышу как демон злится. - Ты слишком слаба.
Чувствую, как он отгибает ткань на плече.
Скрип двери и очень быстрые шаги.
- Попрошу убрать руки от раны моей пациентки. - строгий голос мужчины в годах.
Вообще не чувствую никаких прикосновений, но врач продолжает говорить, словно осматривает:
- Воспаление спало. Нагноений не видно. Кровью уже не пахнет. Сделаю контрольные замеры. - ключицу обжигает холодом. - Через две минуты сверим. Так, а что у нас со зрением?
- Ей больно. - сказал Ник, однако доктора это не смутило.
- А оживать вообще неприятно. Итак, юная леди, я затеняю комнату, а вы приоткрываете глаза, если сможете, то открываете полностью. Я начинаю.
Очень-очень медленно открываю глаза. Свет больше не режет, но слезы все равно текут из глаз. Глаза с вертикальными зрачками одобрительно сощурились.
- С возвращением в мир. - улыбнулся змеелюд и ключицу снова обожгло холодом. - Хм. Неплохо. Коэффициент регенерации один и два, это чуть меньше чем у нас и на ноль и три с половиной больше чем у обычных людей. Должен поздравить вас с пробуждением магии.
