— Даже если и так… вы ее запугали до смерти… Просто за деньги она бы не согласилась. Я не настолько тупой…
— Тупой! Еще какой тупой, — снова заржал накачанный парень весь в татушках, но рыжий мужик щелкнул пальцем и тот затих.
— Ну хорошо, может самую чуточку туповат, раз дал себя поймать… зато вы все — трупы. Я сейчас разговариваю с мертвецами… да я — некромант! — ухмыляюсь, стараясь не показывать гложащее изнутри чувство страха.
— Что ты несешь! — Алкинус брезгливо бросил окурок в окно.
— Что несу? Вы напали на слугу рода Сирогане. Прекрасно понимая, что это нарушение перемирия. Я уточнял у Китсу-но-ичи Сирогане что это за договор, что запрещено, и главное — что будет с нарушителями. С момента, как вы напали на меня и моих друзей — вы вне защиты своих, и останетесь с Сирогане один на один. Факт нападения скрыть вы не сможете, вокруг камеры, кто-то что-то да видел… всех свидетелей не уберешь и следы не потрешь. Вам конец, — сделал я вывод, стараясь говорить максимально уверенно. — Но этого еще можно избежать… Остановите машину, высадите меня. И я не стану выдвигать обвинения. Более того — возьму прототип и помогу вернуть когнитивность Никеасу и его шестеркам…
Алкинус глянул на меня, покачал головой и усмехнулся.
— Ты пытаешься торговаться без козырей на руках, и считаешь нас глупее себя, щегол малолетний? Думаешь, что хитрее и умнее всех вокруг? Когда-то и я мыслил схожим образом… думал, что умнее всех…
Он достал из кармана телефон, что-то пощелкал на экране, и включил погромче.
«Я тебе верю, просто как ты сможешь без прибора… Да нет никакого прибора! Я сам и есть прибор! Что? Что слышала… потом объясню, пошли давай!»
Я с большим трудом сдержал покер-фейс.
— И что? Мне нужно было что-то сказать тупой перепуганной бабе…
— У нас есть все записи самых интересных моментов, касающихся тебя. Ваша потасовка в университете, запись с камер в кафе, и запись камер наблюдения дома Градова — тоже.
Сердце пропустило удар, но я старался не показать тревоги.
— Допустим. И что?
— Ты не используешь никаких прототипов, приборов и вообще технических средств. По крайней мере — ничего похожего при тебе нет. Значит, либо какая-то мутация, либо, что наиболее вероятно — имплант. Я уже понял, что перед каждой атакой по мозгам тебе нужно указать пальцем цель. Значит, пока ты связан — ты не опаснее младенца. Оставим пока за кадром как тебе удается делать все эти фокусы… Что касается второй затронутой тобой темы, а именно — перемирие с Сирогане… ты прав, это серьезное препятствие для нас. Мы не можем навредить тебе, твоим друзьям, вашим родственникам, даже дальним…
— Тогда что я здесь делаю? Как вы говорили — вы не можете мне навредить! Требую, чтобы меня немедленно отпустили! Иначе как только освобожусь…
— Так мы тебе и не вредим! И ты не освободишься. И помолчи, скоро ты все узнаешь и осознаешь. Тогда поймешь, что все твои фокусы и уловки — детский лепет.
— Я не хочу тут находиться, мне домой нужно! Требую отпустить…
Здоровый тип опять заржал, скалясь как бабуин в момент случки.
— А ты не переживай. Мы тебя как раз домой везем, — в голосе рыжего почувствовались издевательские нотки, и мне вдруг стало не по себе…
По крайней мере, мне не солгали. Вскоре микроавтобус и правда подъехал к воротам особняка Градовых, затормозил, мигнул два раза фарами. На улицу выглянул охранник с проходной, приблизился, глянул вовнутрь… и я похолодел: потому что не узнал его. Более того — видел впервые. Но на проходной работали трое бессменных людей, и…
Охранник кивнул Алкинусу и ворота начали открываться, а в моей голове лихорадочно забурлило, мысли понеслись вскачь. Это что получается, этот рыжий мразотник просто въехал на территорию особняка как к себе домой? Куда смотрит тот же Дима, который вместо Виктора исполняет обязанности начальника охраны? И что за левый тип на проходной?
— Что, сыкун малолетний, дошло до тебя? — заржал качок, но Алкинус погрозил ему пальцем.
— Успокойся, не порть нашему другу впечатления. Не дошло до него еще ничего, но скоро дойдет.
Я немного расслабился. Может, не все так плохо. Видимо, они о чем-то договорились с Градовым, и сейчас меня тащат, чтобы он меня заставил… наверное как-то закрепить их договоренности. Ну ну…
Дверца микроавтобуса открылась, и бандиты посыпали наружу. Меня вытащили за ворот пиджака, и не долго думая поволокли наверх, в особняк, к главному входу, ведущему в холл. Глядя, словно в замедленной сьемке, как открывается дверь, я был почти уверен, что сейчас нас встретит Петр Петрович, проведет в свой кабинет, вызовет мою маму, состоится долгий разговор, и он потребует от меня чтобы я вел себя с этими уродами уважительно, и бла бла бла…
Реальность оказалась куда… суровее и беспощаднее. Во всех смыслах.
Да, Петрович стоял в холле, в ожидании. Да, тут была и мама, а еще исполняющий обязанности начальника охраны Дима, и Лиза, и даже старый садовник…
