Долго после этого народ долин жил спокойно. Жители наших гор не участвовали в борьбе с горцами. Они стали нападать на своих же, грабить поселки. Началась долгая война с горскими племенами, гибли мужчины с обеих сторон, и царство приходило в упадок. Последним царем, который мог дать отпор и горцам, и жителям наших гор, был мой дед. А мой отец все продал и спустил ради того, чтобы жить. Среди царей существовало правило: если наследник хотел царствовать, то убивал своего отца или родственника. Так мой отец убил деда, а отца убил его брат. Вот так мы и живем. Великие Дома пойдут за тем, кто будет сильным и богатым, и дадут возможность избегать набегов. Их дружины многочисленны, но в войнах они почти не принимают участия. Это их защита от власти царя. В войско для отражения набегов набирают простых людей, а дружины вместе с главами Домов и их семьями уходят в недоступные горы и пережидают набег там, потом спускаются и преследуют врагов, отбирая у них добычу.
– Сколько воинов у Великого Дома? – спросил Артем.
– От пятидесяти до сотни, все время по-разному.
– Всего, значит, от шестисот до тысячи двухсот дружинников, – подсчитал Артем. – И что, если прижать одного, они объединяются?
– Да, они понимают, что после придут за ними, и стараются отражать нападки на Дома все вместе.
– Понятно, – кивнул Артем.
В комнату вошли два воина с исходящим паром бочонком с водой, поставили его и молча вышли. Артем встал, чтобы уйти, но Дионисия его удержала:
– Не уходи, князь, я уже признала тебя мужем и больше никого не признаю. Я или умру, или буду с тобой.
Артем кивнул и сел на диван. Дионисия, немного смущаясь, разделась и подошла к бочке. Артем снял кожаный колет, засучил рукава и достал кусок пахучего мыла. Он поднял девушку и опустил в воду, затем из кувшина стал поливать ее и намыливать. Когда она совершила омовение, он помог ей выбраться и укутал простыней.
Дионисия села на диван и налила два бокала вина.
– Выпьем, князь, за первую брачную ночь, – произнесла она, глядя ему прямо в глаза, и выпила до дна.
Артем тоже выпил и разделся, помылся в той же воде, расплескав ее по каменному полу, и подошел к Дионисии.
– Будь со мной нежен, – прошептала она. – Я еще никем не тронута.
Ночью они крепко спали, прижимаясь друг к другу. Артем не мучился сомнениями, ему нравилась эта простая и честная девушка. Она стала его женщиной и женой, а что будет потом, он не думал. Сжимая ее в объятиях, он задремал, но во сне пришел старик и сел в ногах их кровати. Долго смотрел, осуждающе качая головой.
– Какой ты глупец, землянин, – проворчал он. – Вся эта земля лежит у твоих ног, самые красивые девушки готовы делить с тобой постель, а ты выбрал чухонку из бедной страны. Ты не человек, ты дракон, и сам же сожрешь ее в пылу гнева. Ты не сможешь управлять своим естеством дикой твари без моей помощи.
– Уходи, старик, – отмахнулся Артем. – Я человек и им останусь.
– Хе-хе, – скрипуче рассмеялся старик. – Я-то уйду, но за мной придет тот, кто покажет тебе твое место, самонадеянный недоумок.
Старик растворился в воздухе, а в голове Артема раздался трубный глас, словно мамонт или слон трубил в свой хобот. И тотчас налетел осьминог, подхватил Артема за голову и поволок его ввысь сквозь перекрытия потолка.
Артем осознал, что снова оказался в центре поединка, и это было не самое подходящее время. Он понял свою ошибку: ему следовало использовать «Боевой клич дракона», а вместо этого он поспешно выкрикнул «Предвестник», вызывая на бой соперника. Его услышали, и вызов был принят.
«Но не самый же сильный дракон, в самом деле», – подумал Артем.
И вот он уже стоит на камнях, окруженный морем или огромным озером. За спиной раздался скрежет, и Артем быстро обернулся, чтобы увидеть перед собой огромного краба. Тот смотрел на него с лютой ненавистью, а его клешни словно огромные щипцы сжимали валуны.
– Чего тебе надо, земноводное? – спросил Артем, удивляясь собственной глупости. Разве можно задавать вопросы дракону, который жаждет твоей крови? Артем стоял и думал, как ему быть. Краб был в два раза больше него и мог легко перекусить его пополам своей клешней. Но это было лишь полбеды. Какие магические умения скрываются за этим огромным панцирем?
Краб не приближался, он чего-то ждал. Затем он начал отбивать ритм, стуча клешнями друг о друга.
– Ты что, решил заставить меня танцевать? – спросил Артем, сделав несколько движений лезгинки, чем сбил ритм краба. Тот отмахнулся клешнями и снова начал отбивать ритм. – Не нравится, – произнес Артем и вновь начал танцевать лезгинку, напевая: «Орайда Райда».
Краб снова сбился с ритма и грозно застучал клешнями о камни.
– Что, хочешь, чтобы я не танцевал? Тогда давай разойдемся миром, – предложил Артем.
Краб возмущенно уперся клешнями в камни, поднял один из них и запустил в Артема. Бросок был сильным, но не точным.
– Хватит камнями бросаться, – возмутился Артем. – Давай по-честному на кулачках… Хотя у тебя кулачков нет, только клешни. – И, решив до конца разозлить краба, он начал приплясывать свою лезгинку, подпевая себе в такт: «Орайда Райда».
