Прошлое очень сильно цепляется за человека и никак не даёт ему забыть о плохом и хорошем, о тех делах, которые человек должен был сделать раньше, но по какой-то причине этого не сделал. Карен, став у хозяйки мира Тень на побегушках, гончим псом войны, получил то, что заслужил. Я вытер окровавленный нож об одежду того, кто разрушил мою жизнь, открыл дверь гостиницы и не оборачиваясь зашёл внутрь. Зачем оглядываться на прошлое?
— А как долго меня не было в корчме?
— Хм, ну… — Сволк задумался. — Секунды две-три от силы.
Теперь пришла очередь мне удивиться. Мерлин, с кубком в руке, усмехнулся, заметив:
— У вас, граф, руки дрожат.
Я кинул на себя руну «Ингуз», влил в неё энергии чуть больше необходимого. И сразу же пришло понимание того, что я выжил, нахожусь в компании с приятным магом, который впоследствии, по истечении нескольких веков, станет самым сильным и могущественным чародеем на планете. Он будет вершить судьбы людей: одних казнить, других возвеличивать, свергать с престолов королей, сажая на их место своих любимчиков. Да и Вильма, которая принесла жареные бараньи рёбрышки в чесночном соусе, после воздействия на меня руны снятия напряжения и приближения отдыха, выглядела как волшебная фея из далёкого мира детства. Я смотрел на завязки платья девушки и невольно представлял Вильму в неглиже. Или без него.
— Кушайте, Ваше сиятельство, — улыбнулась Вильма, глядя на меня.
Я уловил её феромоны, запах волос и многообещающий взгляд зелёных глаз. В сердце кольнуло льдинкой воспоминания, которая моментально растаяла, превратившись в грязную лужу похоти и разврата.
— Скажите, Мерлин, как поживает король Артур? — произнёс я первое, что пришло на ум.
Маг поперхнулся вином:
— Это кто такой, граф? Что за самозванец?
— Хм… понятно. И понятие «круглый стол» в обиход ещё не вошло. Так?
— Зачем изготавливать столы такой формы? — удивлённо спросил Мерлин, — разве за круглым столом удобно сидеть и принимать пищу?
— Дело привычки, — ответил я. — Пора подкрепиться, господин маг.
Пока я в сумасшедшем темпе поглощал еду, запивая её восьмилетним вином, обдумал много вопросов. Но одна мысль крутилась в голове, как осенняя злая муха, которая вот-вот умрёт. Понизив голос, еле слышно спросил у Мерлина:
— Какой цвет глаз у Вильмы?
Маг закашлялся, сделав большой глоток вина и, вытаращив на меня глаза-уголья, спросил о моём самочувствии. Я засмеялся, Мерлин покачал головой.
— Встреча с гончими для вас не прошла бесследно, граф.
— Я спросил вполне серьёзно, господин маг.
— Ну хорошо. Зелёные.
— Я так и думал, — покачал я головой, — так и думал. Придётся провести сеанс экзорцизма.
— Это что такое? Вы, граф, не перестаёте меня удивлять, честно слово.
— Подойдёт Вильма, посмотрите ей в глаза. Только украдкой, чтобы она ничего не заподозрила. Хорошо?
Мерлин, хмыкнув, еле заметно кивнул, я же обратился к Сволку:
— Дружище, не составишь ли нам компанию? Есть пара вопросов, ответы на которые знаешь только ты.
— С удовольствием. Если господа не против, то почему бы и нет? — ответил хозяин гостиницы. — Схожу на кухню и вернусь. Я мигом, господа.
Я нарисовал на столе руну «Перт», позволяющую узнать смысл тайны и лжёт рассказчик, или нет.
— Ого, — покачал головой Мерлин. — Мне кажется, её нужно перевернуть и добавить руну «Эйваз». Она поможет найти с собеседником точки соприкосновения, общие темы.
Я подумал и с будущим великим магом всех времён и народов согласился. Сволк вернулся в обеденный зал с запечатанным кувшином вина и кубком.
— Это вино я берегу ко дню свадьбы своей старшенькой, — пояснил пират. — Только вот в чём незадача, господа! Не хотят наши дети выходить замуж или жениться по расчёту. Всё им любовь подавай. Ну, не чушь ли это?
— Проверь мне на слово, Сволк, любовь это самое благородное чувство, — произнёс я. — Мне знаком мир, в котором любовь отошла даже не на второй план, а на третий или четвёртый. И ничего из этого хорошего не вышло. Брак по расчёту — звучит мерзко. Ладно, Сволк, я хотел спросить о том, что произошло с тобой и как так получилось, что ты смотришь на мир одним глазом? Я не хочу тебя обидеть, но… но мне нужно это знать.
— Родился я таким, — ответил хозяин корчмы, отчаянно краснея. — Раньше как женщины рожали? В поле, где они работали наравне с мужчинами. Вот и попала мне, новорождённому, в глаз соломинка. Он и вытек. А почему вы спросили, Ваше сиятельство?
— Помочь хочу, — ответил я. — Не далее как два месяца тому назад я спас от смерти великого изобретателя механических кукол Жака де Вокансона. Слыхали о таком?
Мерлин кивнул, Сволк покачал головой: нет, о нём он не слышал. Я продолжил:
