Порубки леса возле Успенского запрещены, за них строго взыскивали, однако сейчас безвременье, и Кудашкин не боялся ни Быстрова, ни Шишмарева.
- Ен в одно место к вечеру ездиит.
- Покажешь где?
- Хоть сей минут!
Славушка видел, что командир полка встревожен... Неужели Шишмарев придает значение доносу Кудашкина?
- Гарбуза!
Гарбуза уже ел глазами начальство.
- Видишь мужика?
- Отогнать?
- Пойдешь с ним, покажет место, и вечером в секрет. Заберешь всех, кто там встречается. Понятно?
- Так точно.
Шишмарев вернулся в залу, снова принялся изучать приказ.
- Я не мешаю вам? - деликатно осведомляется Славушка.
- Нет, нет...
Шишмареву даже приятно присутствие мальчика, он чуть моложе его сына, интеллигентный мальчик - куда только судьба не забрасывает теперь интеллигентных мальчиков, вместо того чтобы учиться в нормальной гимназии, ходит здесь в какую-то вторую ступень, голод, конечно, разруха, куда они не загонят...
От бумаг Шишмарева отвлекает Ряжский:
- Господин подполковник!
- Что, Михаил Гурьевич?
- На два дня обеспечены выпечкой, в Покровском больничную пекарню приспособили, но... запасы муки...
- Пройдитесь по мельницам.
- Я уже сказал интендантам.
- Отлично.
- А если у кулачков...
- Не дразните крестьян. Вот если начнется отступление...
Шишмарев и Ряжский уходят. Один Астров тюкает на машинке. Тоже собирается въехать в Москву на белом коне с притороченным "ремингтоном". Что заставляет его находиться в деникинской армии? Был писарь и будет писарем. Его и завтракать-то всегда забывают позвать!
Славушка бежит на кухню к Надежде.
- Писарь завтракал?
- А кто его знает!
- Полковник велел накормить.
- Так что не идет?
Славушка возвращается.
- Астров, вас завтракать зовут.
- А если кто придет?
Астрову хочется есть, но он боится оставить канцелярию, и Славушка клянется, что ни на секунду не покинет комнату.
Теперь он один. Перебирает бумаги. Где депеша? В планшете. А планшет на Шишмареве...
Писарь успевает вернуться раньше командира полка. На губах у него крошки картофеля.
- Никто не заходил?
Входит Шишмарев со всей своей свитой. Говорят о фураже. Настроение у всех повышенное, должно быть, достали овса.
- А теперь, - обращается Шишмарев к мальчику, - придется тебе...
Славушка понимает. Но уходит он в соседнюю комнату.
Через стенку многое слышно.
- Я пригласил вас, господа, с тем, чтобы сообщить вам пренеприятное известие... - Так или почти так. - Указание из штаба дивизии. Если командование примет решение отойти, двигаться на Малоархангельск, и дальше полевыми дорогами...
Слышно не очень ясно.
- Простите, - перебивает кто-то из офицеров. - Я не понимаю: мы наступаем или отступаем?
- Пока наступаем, но... есть опасение, наступление может захлебнуться. Вряд ли имеется в виду общее отступление. Тактический маневр, с глубоким отходом от Орла, Курска...
- И даже Курска?!
- Попрошу к карте. Пока что мы идем вперед. Но если не удастся взять или обойти Тулу...
Славушка не очень-то хорошо разбирается, о чем идет разговор, деникинцы наступают, о каком движении на Малоархангельск речь, непонятно.
Еще рано, рано за реку, но Славушка уже собирается...
Вот дом Заузольниковых, у них квартирует Шишмарев, вот исполком, вот огород, почтмейстерская капуста, зеленые шары благоденствия, почта и аллея любви. Сколько пар бродило по этой аллее!
Куда Кудашкин приведет Гарбузу, известно, но вот откуда придет Быстров?..
Как быть? Не пойти - заберут Быстрова. Пойти в условленное время заберут обоих...
А что, если... разжечь костер, и такой, чтоб не погас...
Времени в обрез!
Вот когда пригодился Майн Рид!
Прежде всего Петя. Петя никогда не предаст. И Колька. Колька дружит с Петей. И еще Андрей! Андрей Терешкин. Андрей хитрый...
Сложно все придумано, а иначе нельзя.
Сперва Федосей.
Федосей чистит коровник. Лопатой шлепает навоз на телегу, поедет на хутор и повезет навоз.
- Федос Федосыч...
Уж если не просто Федос, а Федосыч, значит, Славушке что-то нужно.
- Чаво тебе?
- Табак весь скурил?
Федосей опирается на лопату.
- Выкладай, выкладай, тебе чаво?
- Ключ от мазута у тебя? Набери два ведра, Федосыч, а я тебе, честное слово, связку табаку украду.
- Мазут-то на чо?
- Обещал отцу Валерию, он мне книги, а я ему - мазут.
- Отцу Валерию? - Федосей воплощение сарказма. - Девкам обещал, а не отцу. Девок мажешь, чтоб ласковей были...
- Ну, Федосыч...
Уломать Федосея не такой уж большой труд. Федосей набирает два ведра, ставит позади пасеки.
- Не видал и не слыхал. Попадешься Павел Федрычу, отопрусь...
- Табак за мной...
Петю и Колю уговорить сложнее.
- Петь, а Петь? Отнесите ведра с мазутом. Чтоб никто не видал. Будто Павел Федорович послал. Сперва огородами до Тарховых, оттуда через парк к запруде. Через речку, и оставить в кустах.
- Зачем?
- Так нужно...
- Зачем?
Приходится намекнуть, что работники исполкома, те, что скрываются по деревням, сегодня ночью, возможно, вывезут из Народного дома все имущество...
Сомнительно, но мальчишки принимают объяснение.
Отнести мазут за речку не так-то уж легко и приятно, но Петя человек положительный, если возьмется, выполнит.
