Две – к радости полностью

– Здесь так холодно! – Одри дрожит, когда мы обе стоим на верхней площадке лестницы, а снизу нам в лицо дует ветерок. – Давай спускаться? – говорит она, делая шаг на первую ступеньку.

Иду следом, и дверь за мной закрывается. Совсем скоро мы спустимся вниз.

Одри спотыкается, упираясь рукой в стену, но отдергивает ее так же быстро.

– Что такое? – спрашиваю я.

– Смотри! – ахает Одри.

Я поворачиваю фонарик телефона, чтобы свет падал на стену. Пока я подсвечиваю лучом вверх и вниз, мы понимаем, что вошли в своего рода грот, полностью покрытый крошечными раковинами.

– Ничего красивее не видела. – Одри стоит, раскрыв рот, глаза ее сияют.

– Я слышала о таких местах. – Мой голос полон изумления. Раковины были намеренно уложены в замысловатые узоры, завитки и мозаику. Они тоже разноцветные: розовые и бледно-зеленые, цвета слоновой кости и мерцающе-фиолетовые.

Это как-то одновременно красиво и жутко.

– Потрясающе! – говорю я.

– Это, должно быть, делалось годы! Представь себе усилия, мастерство! Честно, ничего подобного не видела.

Мы стоим мгновение и рассматриваем все это, проводя пальцами по стене, осторожно прикасаясь к каждой раковине. Затем осторожно сворачиваем за угол, и покрытый ракушками коридор продолжается. Через пару минут мы попадаем в гораздо большее помещение. Огромные серые меловые камни изгибаются над головой, обрамляя вход. Виден маленький мерцающий огонек на стене и еще немного ракушек, но на этот раз – выложенных в форме трехметровой сороки. Ее крылья простираются на всю ширину стены. Более глубокие оттенки темно-синего, барвинка и изумрудных ракушек мерцают в свете моего телефона, когда я провожу им по стене перед нами. На другой стороне пещеры стоит огромный книжный шкаф, заполненный папками, ежегодниками, файлами и документами. От его масштабов у меня едва не перехватывает дыхание.

Одри поворачивается ко мне.

– Думаю, мы нашли штаб-квартиру «Общества сороки».

Я делаю шаг к книжному шкафу. Первое, что замечаю – насколько все чисто. Хотя он явно стоял тут десятилетия – а может, даже столетия, – кто-то следит за ним, ведь нет пыли, нет паутины, все аккуратно разложено по местам. Войдет ли сюда кто-то, пока мы здесь?

Очевидно, Одри думает о том же.

– Кто-то был тут недавно. Что, если он вернется?

– Ну и хорошо. У меня столько вопросов… Кто бы это ни был. Кто-то все это организовал… В конце концов, кто посылал нам все эти письма? Кто оставил телефон? «Общество сороки» не умерло. Оно живо и процветает, и вот тому доказательство! – Жестом обвожу вокруг, и Одри откидывает голову назад, уставившись на мерцающие ракушки. – Надо начать просматривать что-то из этого. Тут может быть действительно что-то важное, что поможет нам выяснить, чего именно хочет «Общество сороки».

Одри кивает.

– На самом деле все вроде как идеально. Патрик попросил меня поискать кое-что.

– О, вау, я была так поглощена нашими поисками, что даже не спросила тебя об этом. Можешь поверить, что Кловер была там все это время? Что это вообще за место?

– У него красивая квартира… там есть огромный открытый камин и большие окна, глядящие в море.

– Спальню он тебе не показывал… – Я играю бровями, и Одри корчит кислую рожу.

– Нет. Он все еще одержим смертью сестры. Он не казался удивленным исчезновением Кловер, но, опять же, полагаю, и не должен был, раз скрывал ее все это время.

– И ты уверена, что видела ее.

– Сто процентов.

– Дерьмо. Ты еще кому-то рассказывала?

Одри качает головой.

– Нет. Вернулась прямо сюда, затем нашла сотовый, и вот мы тут… Думаешь, следовало? Может, мне стоило уже пойти в полицию?

Я хмурюсь.

– Не знаю. Она еще не ответила на мое сообщение. Но если она в порядке, она, очевидно, не хочет, чтобы ее нашли. Мы должны позволить ей продолжать расследование.

– Патрик действительно считает, что она подобралась очень близко к истине. Фактически он попросил меня снова поискать информацию об «Обществе сороки». Он хотел, чтобы я нашла список членов Общества. Он сказал, это – последний кусочек пазла. Где еще ему быть, как не тут?

– Давай поищем. Потом сможем решить, что делать с Кловер. – Я подхожу к книжному шкафу и задыхаюсь.

– Что? Что такое? – вскрикивает Одри, подбегая. Там, на средней полке, лежит конверт.

– Какого черта? – Открываю его, исследуя содержимое. Это для нас, ошибки быть не может. Замысловатым почерком на нем написано:

«Кому: Новым сорокам».

– Он лежал прямо тут, на полке.

– Они, очевидно, ожидали, что мы доберемся сюда. Откроем? – с опаской спрашиваю я.

– Да, мы должны выяснить, что они хотят нам рассказать!

Я вскрываю конверт, и оттуда выскальзывает одна-единственная кремовая карточка. Читаю ее вслух.