Красные повсюду медленно начинали бои. Некоторые о чём-то переговаривались, видимо, пытаясь отвертеться от прерогативы драться, но их тут же изгибало волной боли от нетипично заработавших браслетов и люди неохотно вставали в стойки. Первые неаккуратные удары летели в лица и тела, первые вскрики наполнили нижний сектор. Раймону не мог слышать их сквозь звуконепроницаемые стекла, но прекрасно видел искривленные в муке лица. По залу прошелестел смех: некоторые бои напоминали театральные постановки. Красные, заламывая руки, падали и просили пощады. Но, как бы то ни было, непосредственного прямого боя никто не требовал, и первые победители определялись. Отслужившие своё зальчики погружались в тень. Скоро весь нижний сектор снова скрылся из глаз.
Сэл похлопал Оливера по плечу. Первая победа их группы была засчитана. Раймон во все глаза наблюдал за Блэквудом. Тот выглядел крайне довольным: улыбался, горделиво оглядывался, принимаясь игриво постукивать тростью, и смотрел на всех с видом победителя. Что интересно, даже на Оливера.
Снова послышалась команда серебряных. Один из них возник рядом. Раймон последний раз бросил взгляд на Руи, и, дождавшись кивка, назвал имя. Крис Эдвардс. Немолодой мужчина, присоединившийся в Сине. Неподалеку вежливо улыбнулся Рокки Снорвальдссон, непонятно как оказавшийся в Зиллванне выходец из Снонвега, ставший там золотым. Разглядев выбранного им бойца, Раймон вернул улыбку. Логика была одинаковой.
Два человека, внешне похожих на немолодых учителей, неторопливо сошлись. Бить никто из них толком не умел. Оба прощупывали друг друга ударами по торсу. Слабыми, кстати сказать. Кайга рядом презрительно сощурился. Раймон возвёл глаза к небу, будучи полностью уверенным, что он уже положил бы противника на лопатки, и опешил, когда Крис внезапно поставил противнику подножку и тот упал, взмахнув руками и крайне неудачно врезавшись лицом в стену. С высоты не сразу стало понятно, что её залила кровь. Комната погрузилась во мрак, и Раймон понял, что победил.
Оглядевшись, Раймон заметил в углу Блэквуда, упоённо наблюдающего за поединком своего красного.
— Я же говорил, что он будет полезен, — старик улыбался. — У него и без моей помощи хороший удар.
— Вашей помощи? — Раймон пристально вгляделся в дерущихся, различив довольно злобный взгляд одного из них.
Вопрос остался без ответа, а красные сцепились всерьёз. Противник Блэквуду достался отчаянный, сразу выставивший одного из сильнейших. Тонкие потёки крови блестели на полу и стенках зальчика, но дерущиеся лишь наращивали темп. Другие квадраты тускнели, победителей становилось всё больше.
Крепкий мужчина лет двадцати восьми с ёжиком светлых волос, к кому были обращены глаза и несколько кивков старика, внезапно согнулся, прикрывая живот. Его противник бросился вперёд. Они принялись кружить по залу, обмениваясь ударами. «Ёжик» подпустил кулак оппонента ещё пару раз и еле держался на ногах, смотря исподлобья всё злее. Контратаковать у него никак не получалось.
— Мне не важно, чего ты хочешь! — Блэквуд схватился за голову, повторяя согнутую в пояснице позу красного. — Значит, проигрывай!
— Что с вами? — отовсюду сбежались золотые, Раймон успел первым, но его руки оттолкнули. Блэквуд зло следил за «Ёжиком».
Раймону показалось, что тот успел показать ему непристойный жест, хотя вроде не должен был видеть никого из золотых, и маленький зал наполнился оранжевым светом. Нечто похожее на струю давно вышедших из употребления огнемётов впечатало противника «Ёжика» в стену. Он бессознательным кулем упал на пол.
Всеобщее молчание и злой взгляд победителя ознаменовали безоговорочную победу Блэквуда.
Раймон в изнеможении упал на кровать, зарывшись лицом в прохладные простыни. Поболтав в воздухе носками, нещадно сдавившими резинками щиколотки, он вынужден был развернуться и содрать их. Пальцы ног в тусклом свете лампочек показались ещё бледнее, чем есть, и пришла мысль, что почти ежедневные прогулки в душных самолётах ни общий вид, ни самочувствие не улучшат. Хотя бы не нужно пребывать на корабле постоянно и на том спасибо.
Поняв, что усталость не обуславливает немедленного отключения организма, он сел и вновь принялся ворошить виртуальные анкеты.
Все золотые после выступления Блэквуда пребывали чуть ли не в панике. Одна мысль о том, что безнадёжно отстаёт, подгоняла и Раймона. К счастью, отчего он не уставал удивляться вдруг вспомнившей о нём богине удачи, он принадлежал тем шести людям, кого скрытный старик согласился посвятить в произошедшее. От коротких объяснений Блэквуда даже Росс поразился и замолчал. Сам Раймон только и мог, что хлопать глазами, пообещав Кайге как можно скорее испытать новые возможности. Никто из серебряных объяснять ничего не стал, и он порадовался, что наблюдать за боями допустили и остальных.
