Босуэлл старательно подчеркивает свою верность Марии и оказанные ей услуги, но при этом допускает оговорку по Фрейду:
Когда мы [Босуэлл и Хантли] бежали из королевских покоев и оказались в безопасности, то собрали своих верных друзей и верных подданных Ее Величества, чтобы спасти ее и короля, ее супруга, из плена, в котором их держали. Мы достигли этого отчасти хитростью, отчасти силой.
На следующий день Ее Величество направились в Эдинбург с большим отрядом, преследуя Морея и его союзников с таким упорством, что те были вынуждены бежать в изгнание. Более того, королева была до такой степени разгневана подобным убийством, что возненавидела их — как и верные ей придворные, а также остальные подданные. Но сильнее всего она ненавидела короля.
Босуэлл забыл, что после заговора и убийства Риццио Мария отправила в ссылку не
Добившись тех милостей, которых желали изгнанные лорды, и особенно разрешения вернуться ко двору[56], я размышлял об отставке, чтобы вести тихую жизнь, вознаградив себя за лишения, которые я пережил в ссылке. Я боролся с искушением покинуть сцену кровавой вражды и мести.
Заговор с целью убийства Дарнли начался только после того, как усилия Босуэлла добиться прочного мира между враждующими лордами окончились провалом. Его описание взрыва и последующих событий выглядит примитивным и неубедительным.
