И, как слышим, в память самого Константинополя: уподобив яузский приток Золотому Рогу, святитель уподобил Яузу Босфору, а монастырь – Царьграду.
Так на восходе, на высоком горизонте кремлевской ойкумены загорелся знак, проснулось око царя городов, центра мира. Центра, для которого сам Кремль был краем ойкумены.
Слева: митрополит Алексий и преподобный Андроник с братией обретают место для монастырского строения на Яузе.
Справа: митрополит Алексий вносит Нерукотворный Образ из Константинограда в Андроников монастырь.
Миниатюры Лицевого списка жития Сергия Радонежского. Конец XVI века
Обозначаемый монастырем Константинополь взят в единственном аспекте – как былое (до крестоносного погрома) местопребывание Нерукотворного Образа Спасителя, или Священного Мандилиона, христианской первореликвии. Первоиконы, данной Самим Христом, когда на просьбу о портрете Он приложил к Своему Лику ткань, и Лик запечатлелся. Соборный храм монастыря был освящен во имя Спаса Нерукотворного, став поместилищем списка Святого Лика, доставленного из Константинополя самим митрополитом Алексием.
Именно перед этим образом митрополит молился в бурю, обещая посвятить соборный храм будущего монастыря празднику спасительного дня. Надо ли говорить, что Алексий ступил на сушу в праздник Спаса Нерукотворного.
Сегодня Золотой Рожок оставил по себе запруду, сообщенную с рекой неявно. Стали важны иные признаки значительности места. Из них важнейший – город в городе. Среди монастырей Москвы только Андроников глядит кремлем малого города, лежащего вокруг.
На главной площади этого города, Андроньевской, высится церковь соборного масштаба и провинциальной внешности – Сергия Радонежского в Рогожской слободе. Она как городской собор. Со сносом монастырской колокольни церковь Сергия особенно важна в пейзажах Яузы.
Провинциально-городским было желание снесенной колокольни, впрочем неисполненное, превзойти кремлевского Ивана: так хотел ее строитель купец Васильев.
Спасо-Андроников монастырь. Фото из Альбомов Найденова. 1880-е
Другая церковь близ монастыря, во имя Алексия Митрополита, по-посадски тесно соседствует с церковью Сергия.
Городок нанизан на большой, безостановочно спешащий тракт. Это Владимирка. На входе в городок она одолевает гору, венчаемую, кроме храмов, каланчой пожарно-полицейской части, а на выходе стоят часовня и екатерининская миля.
Другая улица пересекает тракт и реку по единственному в городке проезжему мосту. С моста чудесный, главный вид на монастырь и на старинный железнодорожный мост – Андроников виадук. В пределах городка железная дорога имеет станцию.
К обрыву Яузы выходят задние сады купеческих усадеб, за их оградами по самому обрыву местами тянется тропа. Усадьбы делают лицо большому тракту, не реке.
Андроников виадук. Фото. 1870-е
Самые притязательные из домов стоят на монастырской площади. Один из них, купеческого бургомистра Хрящева, даже имел когда-то бельведер, и в малом городке сойдет за городничество.
Вид Рогожской части с северной стороны. Рисунок, акварель. 1800-е.
Андроников монастырь слева
Меньшие улицы и переулки городка застроены с изрядной регулярностью, но с прозеленью, в позднем классицизме и в эклектике. Преобладали богачи-старообрядцы, есть кварталы ямщиков. Мелькнет модерн. Уездным раритетом выглядят барочные палаты.
Другой, отлогий берег речки отдан старым промышленным пейзажам.
За Золотым Рожком, определенно в загородье, есть обширный парк, а в нем графская дача (Строгановых) с портиками.
И подробности: трамвайный круг, столетняя пекарня на стрелке улиц (упразднена) и гений места в центре площади.
Но здесь кончается провинциальное, ибо на площади перед монастырем изваян Андрей Рублев.
Первейший из иконописцев монашествовал и скончался в обители, хранившей царский список первоиконы христианства, чудесно данной Самим Христом.
Спасский собор Андроникова монастыря. Фото А.Г. Симонова, А.В. Лукашевича, 1969
Андрей Рублев пишет Нерукотворный Образ на фасаде Спасского собора. Миниатюра Лицевого списка жития Сергия Радонежского. Конец XVI века
