– Не включат. Оно забирает слишком много энергии. Опустошат энергоматрицы – не хватит ресурсов, чтобы запустить Черный куб. У нас есть преимущество – квантовый и электро-магнитный камуфляж. Они не смогут обнаружить нас заранее, а значит, не успеют включить силовое поле, – успокоил его военный инженер Лексо.
***
Лексо одел меня в симпатичный комбинезончик… Шучу, на самом деле это надежный, хотя и не слишком изящный костюм со встроенным экзоскелетом. Ткань способна выдерживать удары плазменных выстрелов.
Я имела возможность наблюдать тестирование одного из таких костюмов. Надев его на манекен, ребята стреляли по нему. Чигарт был одним из группы ученых, который участвовал в разработке военной экипировки, хотя по основной профессии он медик. Из-за своего долголетия леары успевали стать специалистами не в одной, как большинство людей, а в нескольких сферах науки.
А еще леары в совершенстве освоили технологии квантового камуфлирования. Так что этот костюм защитит меня не только от прямого огня любого стрелкового оружия, но и сделает невидимой для врага. Своих мы будем различать по сигналам – они будут высвечиваться на холоскрине, вмонтированном в визор шлема.
На днях во время тренировки Алекс ко мне сильно придирался, и я не раз замечала его пристальный оценивающий взгляд. Я, конечно, предполагала, что мне не хватает ловкости и быстроты реакций. Рядом со мной бегали, ползали, стреляли Элаин и Мэди. Все леары с детства воспитывались как солдаты и заметно превосходили меня в бойцовских умениях. Я, конечно, очень старалась, но мне трудно тягаться с ними. И, как оказалось, это огорчало не только меня…
После занятий мой наставник с хмурой миной попросил меня задержаться.
– Ты по-прежнему хочешь погибнуть в этой чужой для тебя войне? – спросил он, с печалью глядя на меня с высоты своего роста.
– Погибнуть?!..Что за дурацкий вопрос? Ты хоть отдаешь отчет своим словам? – обиделась я.
– Нет, это ты не отдаешь отчета своим действиям, – возразил Алекс. – Это
– А-а, ты об этом? – разочарованно произнесла я. – Я понимаю, что от меня отчасти зависит выживаемость леаров. Я на всякий случай подробно проинструктировала Чигарта, оставила ему свои записи. Он сможет помочь леарам, используя мои исследования.
– Нет, я как раз не об этом, – сердито оборвал он меня. – Мой брат Чигарт и все, кого я считаю своей семьей, летят со мной. Но это
Он сказал это с такой болью и страхом, что глаза мои заполнились слезами. Я крепко обхватила его руками за спину, прижалась щекой к его груди, слушая, как глухими толчками бьется сердце.
– Я тоже не переживу, если тебя не станет. И поэтому я буду с тобой.
Его рука скользнула под мои колени, отрывая меня от пола.
Я хотела ему сказать, что у меня есть еще одна важная миссия: мы с Антоном договорились написать летопись Земли в период апокалипсиса. И я воочию должна увидеть все, что происходит на нашей планете, чтобы рассказать об этом потомкам, – но это стало уже неважно, когда губы слились в жарком самозабвенном поцелуе…
Скоро начнут посадку на корабли. Наш технический инженер просто трепещет за жизнь бойцов, и потому для перестраховки наставляет чуть ли не каждого. А у меня и так уже мозг кипит от всех его инструкций по безопасности, и потому я не особо вникаю в них. Дрожу, как осиновый лист на ветру, перед полетом. Я вся в нетерпении. Уже скоро…
– Наташа, на два слова, – Лексо махнул головой, давая знак следовать за ним.
Мы отошли от посадочной площадки метров на сто. И тут Лексо прижал меня к себе и крепко поцеловал.
– Наташа, мы должны попрощаться. Я не могу взять тебя с собой. Это преступление с моей стороны. Тебе просто нечего делать на этой войне…
– Что?! Ну сколько можно?! Мы же обо всем уже договорились! Я должна там быть! Там моя Таша! Я столько училась. Я все умею! Я мехами управляла. Я даже пару раз положила Мэфоса в рукопашной схватке!
– Наташа, этого недостаточно! Это война! Настоящая кровавая бойня! Ты не осознаешь серьезности происходящего! Если ты погибнешь, я никогда себе не прощу!
– Ты не можешь мне запретить! Это МОЕ решение!
– Могу. И запрещаю. У нас нет на это времени. Ты не едешь и точка! – сказал он жестко.
