– А ты слышал эту балладу полностью?
– Не знаю. Помню, последняя строчка была такая: «Опасна Волчица своими клыками».
– Значит, не всю. Там еще четыре строки.
– Вот как? – Ей удалось меня заинтересовать. – Можешь прочесть их мне?
– Прямо сейчас?
– Да, сейчас.
– Что ж… почему бы и нет? – кивнула она и, откашлявшись, с чувством продекламировала:
– Эй! Не спать! Через пять минут выступаем! Двигаемся вдоль северной стены дальше на запад! – проорал я и, резко развернувшись на каблуках, пошел к Круглому.
Боже, как же мне хотелось, чтобы последние четыре строки оказались всего лишь глупым стишком…
Ее больше не было.
Чтобы осознать этот факт, простой и сложный, как сама жизнь, мне потребовалось несколько часов. Всё это время я провел в номере одной из гостиниц Сдалина. Меня уже не волновало ни то, что с востока наступает Корлога, ни то, что Кодия и Валитан готовы разодрать всю Веронию на части. В те минуты война казалось какой-то бессмысленной мелочью.
Время шло.
Каждая секунда обернулась вечностью.
Я не знал того, кто передал мне письмо –
Мстить? Нет ничего более желанного сейчас.
Но в душе я понимал, что подобное решение безрассудно. По просьбе Меллы я не поддамся сиюминутному порыву. Сейчас важнее всего – судьба страны. Кочевников, несомненно, возьмут на себя те, кто находится ближе – Мартинец, Фиолетовый… Синий. Я же направлю весточку в желтую провинцию… И не более.
Сам я нужен здесь.
По последним донесениям разведчиков, силы Кодии разделились. Часть святош направилась к Кортилу, и часть – в Сдалин. Полагаю, Синий сможет разделаться с наступающими врагами. Мне же предстоит обеспечить радушный прием лишь части войск, что не может не радовать. Жаль только, разведчики не смогли ответить на два важных вопроса: «К какой части сил Кодии примкнул Валитан?» и «Где сосредоточено командование этими силами?».
Я до последнего надеялся, что Валитан и Кодия перегрызутся между собой, но в итоге пришлось смириться с их союзом. Раньше он был невозможен по большей части из-за нелюбви святош к магам. Что изменилось в Кодии за последние годы – ума не приложу.
Но главное даже не в этом.
Как смогли они сохранить подобное объединение в тайне?
Вот это тревожило меня больше всего.
Уже через пятнадцать минут передо мной стоял один из офицеров, которому я доверил командование сдалинским воинством.
– Мы выступаем, – сообщил я. – Докажем этим северным проходимцам, что Сдалин – наша земля.
– Давно пора, – кивнул офицер. – Все уже готовы.
Я простил ему эту колкость и спросил:
– А маги?
– Волшебники уже рвутся в бой, – усмехнулся он. – Настрой у них после морского сражения – дай бог каждому!
– Вот и прекрасно, – пробормотал я. – Очень, очень кстати…
Наблюдать за ристалищем с холма оказалось довольно удобно.
По правде говоря, сначала мне даже показалось, что кодийцы и валитанцы сошли с ума: сунуться к Сдалину таким малым числом могли либо умалишенные кретины, либо чересчур уверенные в себе гордецы. Их воинство числом уступало нашему раза в три.
Нет, конечно, нам такое соотношение сил на руку. Но вот почему-то не верилось в безрассудство северян. Скорее всего, они подготовили нам какие-то сюрпризы.
Радовало удачное расположение наших сил – на возвышенности перед полем. Мы прекрасно видели наступающих врагов, выходящих из редкого леска, и могли корректировать свои планы по ходу действия. При этом поразить наших воинов было весьма непростой задачей.
Основательно изучив наступающих, я, наконец, понял, в чем дело. В атаку под видом обычных солдат шли колдуны. Раньше во всех боях авангард составляли пешие воины и конница, а маги поддерживали их только с расстояния. Теперь же колдуны хитростью собирались подобраться поближе, чтобы ударить наверняка.
Что ж. Подыграем им. Пусть искренне верят, что мы видим не магов, а самых обычных воинов. Интересно, насколько близко они готовы подойти? Ведь еще немного – и малое расстояние станет помехой для самих колдунов, привыкших действовать масштабно, не размениваясь на эффективные, но сложные заклятия.
