Молодой лейтенант, месяц назад закончивший военное училище, трясся в кузове военного грузовика, мчащего по просеке среди сосен и елей. До части, где ему предстояло служить, около десятка километров. Час назад он сошел на маленькой станции, куда добирался несколько дней на поезде. В голове лейтенанта вертелось множество вопросов – как его встретят, какие будут взаимоотношения с офицерами и солдатами и много еще чего.
Старлей, сидевший у КПП, наконец увидел показавшийся из-за поворота армейский ЗиЛ, вскочил со скамейки. Наконец-то! Подъехав к воротам, грузовик тормознул, окатив всё вокруг клубами пыли. Из кабины выпрыгнул лейтенант со своими армейскими пожитками. Он заметил переминающегося с ноги на ногу у лавочки старшего лейтенанта и желтый чемоданчик рядом с ним.
– Привет, друг! – старлей подхватил чемоданчик, подошел к летёхе и протянул руку. – Ты к нам? – радостно спросил он.
– Привет. К вам, – удивился неожиданной радости молодой лейтенант.
– Класс! Ну, значит, вместе служить будем! – весело сказал старлей. – Ты же сейчас в штаб батальона?
– Да, в штаб, – ответил молодой.
– Слушай, будь другом, занеси этот чемоданчик в штаб, – старший лейтенант протянул чемодан вновь прибывшему.
– Хорошо, а кому отдать?
– Там тебе всё скажут. А я попозже приду.
Лейтенант взял в одну руку свой чемодан, в другую жёлтый чемоданчик старлея и через КПП двинулся в сторону штаба батальона.
«Только приехал, а как меня хорошо встретили», – думал лейтенант. В штабе его ждали почти все офицеры, минимум год отслужившие в батальоне.
– Здравия желаю! – лейтенант переступил порог штаба.
– Привет-привет! Ты в наш батальон служить? – спросил кто-то из офицеров.
– Так точно.
– А что это у тебя там, в жёлтом чемоданчике? – спросил другой офицер.
– Не знаю. Старлей с КПП сказал занести в штаб, – ответил лейтенант.
– Ну занёс, открывай теперь.
Молодой лейтенант, положив чемоданчик на стол, щелкнул никелированными застёжками и откинул крышку. В чемодане лежали несколько бутылок водки, закуска и сигареты.
– Вот, лейтенант, теперь твоя очередь в магазин за всем этим бегать, пока новый молодой лейтенант не приедет. А если встречу с ним пропустишь или летёха добровольно чемодан у тебя не возьмёт – «на второй круг», ждать следующего молодого. Такая у нас армейская традиция.
Через год лейтенант, ставший старлеем, также сидел с желтым чемоданчиком на скамейке перед КПП, с надеждой глядя на дорогу, и ждал «своего» лейтенанта.
Однажды Щербакова вызвал к себе начштаба Кукушкин.
– Разрешите, товарищ майор.
– Саша, не называя меня товарищ майор, я тебе сколько раз говорил. Эдик я, когда солдат рядом нет. Заходи, – сказал Эдуард, сидевший в беседке. Беседка представляла собой вырытую в земле четырехугольную яму глубиной около метра. По углам вкопаны толстые жерди с натянутой на них маскировочной сетью. Вместо стульев – ящики из-под снарядов, посередине обыкновенный белый кухонный стол, притащенный с «мародерки». Начштаба был в шортах, сделанных из старых камуфлированных брюк, и сетчатой камуфлированной майке.
– Абдулов сказал, что ты рисуешь и пишешь хорошо, – продолжил майор. – Мы тут подумали и решили поставить памятник на месте, где наши погибли – Кузекин с экипажем. Пехота за мостом через Сунжу сделала обелиск, ну ты видел же. В общем, бойцы памятник уже делают. Тебе задание сделать на него табличку. Всё, что нужно, скажи, достанем.
Из фанеры танкисты сколотили четырехугольный памятник, расширяющийся кверху и установленный на прямоугольном основании. Покрасили всё черной краской, в верхнем остром углу памятника приклеили шеврон танковых войск времен СССР, с желтым танком и красной звездой. Щербаков сделал замеры, вырезал табличку из куска белого ватмана и черной гелиевой ручкой написал текст:
ЗДЕСЬ
19 января 2000г. ГЕРОЙСКИ
погиб экипаж танка № 151
гв.ст. л-т КУЗЕКИН Э.Н.
гв.ряд МИШИН Д.С.
гв.ряд САМИЕВ С.В.
командир танка № 153
гв.с-т ЕВСТИГНЕЕВ С.Ф.
ВЕЧНАЯ ВАМ ПАМЯТЬ, РЕБЯТА
На ватман Александр приклеил несколько слоев прозрачного скотча, чтобы защитить бумагу и текст от влаги, после чего табличку прибили гвоздиками к черному обелиску. Через несколько дней, 19 июля, памятник отвезли на место трагедии, с её момента прошло ровно полгода. Там до сих пор лежала ржавая гусеница 151-го танка, а сзади высились стены цеха из красного кирпича и торчала злополучная вытяжка. Рядом с гусеницей установили памятник, перед ним вкопали несколько гильз от танковых зарядов, на одну из которых надели танковый шлемофон. Поблизости в землю вбили шест с табличкой «МИНЫ», на всякий случай. На установке присутствовала большая часть танковой роты, к памятнику возложили искусственные цветы (за неимением настоящих), и прогремел прощальный салют из автоматов. Танкисты и раньше по возможности заезжали на место гибели экипажа, теперь здесь наконец появился памятник.
