Две тайны Христа полностью

Легко рассчитать, что прибывают они в Антиохию где-то в августе-сентябре 48 г. Если б это была первая половина года, Лука, скорее всего, отнес бы событие, как он делает это не раз, к одному из значимых праздников — Пасхе либо Пятидесятнице.

Думается, что встреча Варнавы и Павла была сердечной. В отношении Иоанна-Марка у Павла нет ни положительных, ни отрицательных эмоций. Время покажет. Для него Иоанн-Марк — просто молодой человек. В Антиохии за эти годы у Павла появился круг почитателей, учеников, которые безоговорочно признают его лидерство. Это Симеон Нигер, Луций Киринеянин и родственник Ирода Агриппы — Менахем.

Они, Варнава и Павел, обмениваются новостями, постятся. Во время одного из постов один из них либо оба чувствуют Озарение. Они должны нести веру дальше. Для них это непростое решение. В течение многих лет их мир был замкнут в системе Антиохия-Иерусалим. В большей мере это решение потребовало мужества от Павла, поскольку в Антиохии он достиг всего. Это его епархия, он здесь почитаем. В октябре либо ноябре Павел, Варнава и Иоанн-Марк отправляются в Селевкию, а затем на Кипр. Варнава — выходец с Кипра, и у него были все основания убеждать Павла начать свою миссионерскую деятельность именно с этого острова, где у Варнавы были родственники и, вероятно, почитатели. Никаких доводов против Кипра у Павла не было, он прекрасно понимал, что лучше начать свою деятельность с мест, где, по крайней мере, есть кров и пища. Климат Кипра с его ужасающей летней жарой прекрасно известен Варнаве, и для начала миссии осень, когда жара спала и собран урожай, — лучшее время. В октябре либо ноябре 48 г. начинается их проповедь в Саламине. Они обходят весь остров, благо благодаря связям родственников Варнавы их путешествие не обременительно. Трудно установить, сколько времени провели они в Антиохии. Вероятно, 3–4 месяца. Во-первых, на Кипре, среди родственников Варнавы, бесспорно, гордившихся им, вести проповедь было просто. Число слушателей множилось. С ними пожелал встретиться проконсул Кипра Сергий Павел. Сам факт этой встречи — огромный успех молодого христианства. Невероятно, чтобы беседа двух иудеев с римским проконсулом произошла через несколько недель или месяцев после их прибытия. Должно было пройти много времени — 3–4 месяца, прежде чем проконсулу донесли, что проповеди Варнавы и Павла собирают огромное количество народа. Иоанн-Марк, надо полагать, не проповедовал, он учился, старался понять, что имеет в виду Павел в своих неординарных и эмоциональных высказываниях.

По-видимому, на Кипре в это же время и не без успеха пророчествует и другой иудей — Вариисус Елима. Проконсул желает выслушать обе точки зрения. Деяния гласят, что Павел, который в отличие от Варнавы обладал Даром, произнес: «И ныне вот, рука Господня на тебе: ты будешь слеп и не увидишь солнца до времени. И вдруг напал на него мрак и тьма, и он, обращаясь туда и сюда, искал вожатого» (Деян. 13:11). Надо думать, что это произвело огромное впечатление на Сергия Павла.

Не то чтобы он принял веру, для чиновника его ранга и положения это было невозможно. Немедленно бы последовал донос в Рим, и он бы лишился своего поста. Однако духовная мощь новой религии произвела на него огромное впечатление. Кроме того, проконсул небезосновательно мог предположить, что гораздо лучше, чтобы иудеи да и примкнувшие к ним свободно излагали свои воззрения, чем устраивали бунты. Подобная точка зрения полностью совпадала с политикой Клавдия. Проконсул высказал свое благорасположение Павлу и Варнаве. На этом их миссия на Кипре была завершена. Их ученики и последователи вполне могли нести новую веру и самостоятельно.

Весной, в феврале либо марте, они покинули Кипр, отплыв из Пафа в Пергию. Здесь происходит конфликт между Павлом и Иоанном-Марком, всецело преданным Петру. Павел прекрасно разбирается в людях. Он понимает, что Иоанн-Марк — из другого, ортодоксального мира. Никогда проповеди Павла не разбередят его душу. Он чужой. В свою очередь, ортодоксала Иоанна-Марка речи Павла приводят в ужас. Он почитает Варнаву; его сдержанные проповеди, исполненные в духе конформизма, так же как и Послание к Евреям, приписываемое ему, гораздо менее ярки, чем послания Павла, но приемлемы для Иоанна-Марка. Он понимает, что для распространения веры необходимо идти на уступки, но не настолько же! Он возвращается в Иерусалим. Варнава искренне огорчен, но примирить Павла и Иоанна-Марка он не в состоянии.