– Йо, это мы.
Рассвирепевший Белый Майк быстро спускается, чтобы прогнать их.
– Вы, чудилы, больше не получите никакой травки. Никогда.
– Да как же та-а-ак… – Тимми понимает, какую большую ошибку они допустили.
– Чтоб нам провалиться, Тимми. Теперь мы навсегда остались без косяков. – Марк Ротко тоже выходит из себя.
– Убирайтесь.
Секунду оба парня стоят, не двигаясь, а Белый Майк переводит взгляд с одного на другого. Перед ним, на улице, стоят просто два безобидных парнишки, которые пытаются достать травки, развлечься, чем-то заполнить время, говорить, одеваться, ходить и жить определенным образом, потому что сами по себе они не круты, и не понятно, кто они такие и куда им двигаться. Всем, по большому счету, нечем заняться, всем в этом городе делать нечего, поэтому они делают одно и то же и разговаривают одинаковыми цитатами из мультиков своего детства (и как бы «Охотники за привидениями» намного лучше «Черепашек ниндзя»). Все хотят перепихнуться, считаться крутыми и быть в отличной спортивной форме, все просто хотят, хотят и хотят. Белый Майк уже беспокоится о том, что будет, если и другие ребята начнут приходить к нему домой. А он не хочет никому продавать травку здесь. Поэтому Белый Майк впускает обоих в дом.
Отдав Тимми и Марку Ротко травку. Белый Майк рассказывает им, что собирается завести птицу. Попугая.
– Говорящего? – спрашивает Тимми.
– Да, – отвечает Белый Майк. – Как мне его назвать?
– Тимми, – предлагает Тимми.
– Роко, – советует Марк Ротко.
– Роко?
– Да. Так как же?
– Не знаю.
– Тупак.
– Бигги.
– Сильвестр.
– Ты же заводишь птицу-мальчика, верно?
– Да.
– А как ты выяснишь? У них что, член есть?
– Ну, не знаю.
– Отлично. Тогда Саманта.
– Саманта?
– Так, сынок, зовут мою мать.
– Йо, извини.
– А почему бы не Снуп?
Белому Майку тут же вспоминается Чарли Браун.
– Да, имя неплохое, – соглашается он.
Тимми и Марк Ротко начинают вопить песню:
– Все, довольно. – Белый Майк заставляет их замолчать. – Назову его Снупом. Будет попугайчик Снуп.
Тимми и Марк Ротко ликующе кивают друг другу.
– Мы позвоним тебе завтра, когда у нас появятся наличные?
– Да давайте.
После их ухода Белый Майк долго сидит и размышляет о взрослых. Хочет вспомнить, с какого именно момента ему расхотелось с ними разговаривать. Сейчас он разговаривает только с теми взрослыми, которые ему почти безразличны и с которыми он ведет дела. Типа Лайонела. Пейджер вибрирует; он достает его из кармана и кладет на стол, но там он начинает дико стучать. Белый Майк быстро выключает его и снова включает, чтобы пейджер хотя бы на время прекратил дрожать.
Хантер разговаривает по телефону с отцом. Тот уже подъезжает на лимузине из аэропорта Кеннеди. Впервые с момента ареста у Хантера срывается голос.
– Я никого не убивал. Кто вообще убивает людей?! Разве ты не понимаешь, папа? Папа?
– Хантер, я уже здесь, мы обо всем позаботимся. Поговорим с судьей, чтобы тебя выпустили под залог…
– Никто не станет убивать людей. Я не стал бы. То есть ты что…
– Хантер, тебе надо успокоиться.
– Папа, прямо тебе скажу, я невиновен, но, папа, я ужасно боюсь. Только я знаю, что, окажись ты на моем месте, ты бы испугался еще больше.
Отец Хантера ничего на это не отвечает.
Выйдя из квартиры Белого Майка, Тимми и Марк Ротко направляются в продовольственный магазин.
По дороге Тимми спрашивает:
– Знаешь, что нашему приятелю сказал попугай?
– Что же?
– Полли хочет крекер [36].
Марк Ротко смеется:
– А что же наш друг ответил попугаю?
– И что? – Марк вовсю ржет.
– А пошла ты, сука, – а потом он всаживает капсулу птице в задницу.
Оба хохочут во всю глотку.
– Надо взять жрачки. Пошли. – Тимми проходит через автоматические двери продуктового магазина. Он направляется к полкам с печеньем и берет коробку крекера на воде.
Марк Ротко ненадолго пропадает, но Тимми тут же находит его в следующем проходе между полок. Тот засовывает руку в банку взбитого маршмэллоу [37], а к его воротнику и подбородку уже прилипли сладкие белые хлопья. Женщина с тележкой торопливо уходит от них подальше. Тимми говорит:
– В натуре, дай-ка мне этого немного попробовать.
Он распечатывает упаковку крекера и начинает обмакивать его в маршмэллоу. Оба поедают лакомство до тех пор, пока в конце прохода не появляется работник супермаркета, который пришел расставить баночки с джемом. Тимми прячет остатки крекера в карман, а Марк Ротко роняет банку маршмэллоу, и она разбивается об пол. Все липкие, Тимми и Марк Ротко делают ноги. Сейчас они отправятся на вечеринку. Рабочему супермаркета приходится немало потрудиться, чтобы убрать с пола липкую сладкую массу.
