— Это я виноват, — всё еще отряхиваясь, поднялся с земли Игорь. — У нас с Валентином личные отношения, не хотелось бы их афишировать.
— Я, кажется, догадываюсь, в чем дело, — вдруг почти вскрикнула Наташа Кольцова. — Ты опять начинаешь, Игорь. Я не давала тебе никакого повода. Мы же с тобой уже всё между собой выяснили и договорились, что личных отношений между нами быть не может!
Наташа подбежала к зачинщику драки и со всего маху залепила ему пощечину. Все присутствующие ахнули от такого неожиданного поворота событий.
Игорь потупился, отвернулся от коллег и удрученно встал около громадного тропического дерева, снизу доверху поросшего экзотическим буроватым мхом и оплетенного лианами.
— Вот оно что, — произнес Савельев, — Шекспировские страсти. Ну, это не худший вариант из того, что могло произойти. Согласен с вами, разберетесь сами между собой. Но драться, всё же, не следовало. Как теперь всё объясним Лэймосу?
— Ладно, Лэймос поймет, ему эти чувства знакомы, — произнес Андрей Чернеев, улыбнувшись.
— Ты думаешь? — чуть приподнял брови руководитель группы.
— Конечно, он же тоже когда-то был человеком, тоже влюблялся, тоже страдал.
— Не человеком, а айголианцем, не забывай, — поддержал диалог Сергей Алексеевич.
— А какая разница, всё равно молодым был, — подытожил Андрей, и все тут же как-то расслабились, заняли свободные позы, окончательно сняв царившее до того момента напряжение.
Конфликт, по крайней мере на ближайшее время, был исчерпан. Все семеро неспеша повернули назад, к станции, снова продираясь сквозь заросли бурной тропической растительности.
Лэймос Крэст встретил землян спокойно и дружелюбно, как будто ничего и не произошло.
— Не нужно мне ничего объяснять, я всё знаю. Давайте продолжим нашу подготовку к полету. Я наметил его на завтрашнее утро. Мне осталось рассказать вам еще кое-что, чтобы вы были полностью подготовлены.
Путешественники позавтракали и продолжили не особо обременительные занятия, которые продолжались около четырех часов. Кое-кто достаточно долго приводил себя и свою одежду в порядок, остался без завтрака и опоздал на обучение. После занятий айголианец сообщил, что до конца дня у всех есть свободное время, распоряжаться которым каждый может на свое усмотрение.
Игорь Лебедевский, после того, что произошло утром, не мог найти себе места. Очередной урок Лэймоса Крэста по подготовке к полету он совершенно прослушал, постоянно думая о своем. Он не винил Наташу за её недавний поступок, кляня себя за несдержанность, но на душе было нестерпимо обидно. Наташа Кольцова давно нравилась ему, он добивался её расположения, но ответного внимания со стороны девушки так и не последовало.
Размышления привели Игоря к единственно правильному, как ему казалось в данном случае, решению. Спустя некоторое время после окончания занятий он отважился поговорить с айголианцем.
В кают-компании никого не было, все разбрелись по своим комнатам.
— Лэймос, вы здесь? — произнес в пустоту Игорь. — Вы слышите меня?
Голос пришельца возник откуда-то сверху почти мгновенно.
— Да, Игорь, что вы хотите мне сказать?
— Я не хочу лететь на корабль. После того, что сегодня произошло, считаю, что это невозможно. У меня возникли проблемы во взаимоотношениях, вы знаете, с кем.
Было видно, как трудно дались Игорю эти слова, как он взволнован. Лицо его стало пунцовым, на лбу появились капельки пота.
Лэймос Крэст ответил не сразу. Видимо, слова землянина застали его врасплох.
— Да, такого я предвидеть не мог, хотя и обязан был, — отозвался, наконец, айголианец. — Казалось, что за эти тысячелетия я должен был предусмотреть абсолютно всё, но получилось, что не учел простые человеческие чувства. Оказалось, что отношения между людьми не менее значимы, чем технические аспекты проекта. Получается, я совсем не готов к полету на Тэллу. Хотя корабль полностью завершен в технической части, вопрос экипажа остается открытым. А ведь для путешествия необходимо будет набрать несколько сотен человек разных национальностей, разных воззрений на жизнь, разных характеров, наконец. Теперь всё откладывается на неопределенное время. После общения с вашей группой я должен буду еще не один раз всё взвесить, всё обдумать и просчитать. Хотя, как можно просчитать отношения между живыми людьми, не электронными машинами, которые можно перепрограммировать, а существами из плоти и крови, у которых у каждого свое воспитание, свои привычки, свои устои.
— Зря я завел этот разговор, — вздохнул Игорь, — нужно было перетерпеть, взять себя в руки. А я драку эту затеял. Как же мне стыдно!
— Как раз-таки и не зря, — отрицательно покачал головой Лэймос. — Вы преподали мне урок, молодой человек. Этот урок подтолкнет меня пересмотреть вообще всю программу подготовки к полету на Тэллу. Все мои многовековые расчеты и действия ничего не будут стоить, если на корабле в коллективе возникнут нестандартные ситуации, если там не будет полного взаимопонимания.
Юноша согласно кивнул:
