– Вы чувствуете, Лев Владимирович? – обратился он к юристу, – мне кажется, что пахнет дымом.
Тот принюхался своим тонким породистым носом:
– Да, определённо что-то горит, и не у вас ли в кабинете?
Из-под двери в коридор сочилась тонкая струйка сизого дыма. Новый начальник службы безопасности первым вошёл в кабинет, за ним остальные. На столе для совещаний на месте горки папок дымилась куча чёрного пепла.
На следующий день Запрудовский встретился с киллером.
Он передал ему тонкую папку с логотипом банка.
– Здесь письмо с подлинной подписью бывшего управляющего и подлинной же печатью. Из него следует, что ваш клиент не имеет задолженности перед банком. Письмо зарегистрировано задним числом. Хороший юрист всегда имеет в запасе нечто подобное.
Наши яйцеголовые в трансе: диски компьютеров чисты, как совесть младенца. То есть, о вашем клиенте вообще нет никаких порочащих упоминаний: ни письменных, ни виртуальных. Кроме легитимных, конечно, да и те только на бумажных носителях. В этом отношении в банке всегда велась двойная бухгалтерия. Пусть он снимет с письма копии, а оригинал сохранит где-нибудь в банковской ячейке. Квартиру ваш клиент вернёт через суд, она была отчуждена незаконно. Кстати, если не секрет, это очень дорогое удовольствие, вот так почистить компьютеры?
– Да, – слышно было, как улыбнулся человек на заднем сидении, – это стоит денег, как, впрочем, и любая хорошая работа. А вы молодец, Лев Владимирович, ваш план сработал просто отлично, поздравляю. Я надеюсь, вас никто не заподозрил в соучастии?
– Нет, что вы, для этого у меня слишком хорошая репутация, и я был очень осторожен последние дни.
Они замолчали, а потом Запрудовский робко спросил:
– Простите, а как обстоят мои дела? Я ведь выполнил вашу просьбу, и, смею надеяться, выполнил хорошо.
– Не волнуйтесь, Лев Владимирович, я всегда держу своё слово. На сидении рядом с собой я оставляю все исходные материалы. Можете просматривать их втайне от окружающих, если хотите. Поверьте на слово, копий у меня нет. Можете спокойно предаваться вашей слабости, словно никогда и не было нашей встречи. Прощайте, и, к слову, забудьте имя моего клиента, если хотите остаток жизни провести комфортно.
Сзади раздался шорох, хлопнула дверца. Запрудовский устало откинулся на спинку сидения. Последние дни выдались тяжёлыми, он впервые почувствовал, что ему уже давно не тридцать. Хотелось одного: добраться домой, запереться в кабинете, выпить коньяку и просто выспаться.
В десять утра на телефон Анатолия пришла sms-ка. В ней говорилось, что его проблема решена. Последняя встреча была назначена на завтра, схема оставалась прежней: кафе, заказ, ожидание. Крава словно чувствовал, что их взаимоотношения с решателем чужих проблем близятся к финалу, и нужно готовиться к неизбежной встрече с таинственным киллером. Вчера вечером он снова посетил свою лабораторию, забрал нужное количество денег и, подумав, прихватил лежащий в сейфе пистолет.
Сейчас он сидел за столом на кухне. Справа дымилась чашка свежесваренного кофе, а на полотенце перед ним лежал разобранный ТТ выпуска 1942 года. Пистолет был в прекрасном состоянии, если не считать такой мелочи, как мелкий скол на щёчке рукоятки. В обойме было ровно семь стандартных маузеровских патронов. Краве приходилось в армии стрелять из такого оружия. Он знал, что пуля из тэтэшки, имея очень высокую начальную скорость, пробивает практически любой бронежилет. И это было хорошо.
Почистив и смазав пистолет, Крава поехал на одну из авторазборок. Искать требуемую деталь долго не пришлось. Он купил переднее сидение от тойоты-камри, загрузил его в свой джип и поехал за город. Одна из дорог вела в сельскую местность. Движение по ней было скорее вялым, чем оживлённым. Вокруг до горизонта расстилались поля. Вскоре Крава свернул на просёлочную дорогу и через несколько минут оказался один посреди колосящейся ржи.
Анатолий вышел из машины, вынул только что купленное сидение и поставил его чуть в стороне от обочины на широкий плоский камень под одиноко росшим кустом шиповника. Давно не было дождей, и в воздухе едва ощущался запах трав и пыли. Он сел на сидение, вынул пистолет, оттянул затвор и выстрелил, не оборачиваясь, из-под руки назад в спинку сидения. Пуля прошла навылет, словно и не было на её пути этого препятствия. Крава вынул нож и аккуратно вскрыл спинку. Как он и ожидал, в её конструкции присутствовали детали, способные изменить полёт пули. Он несколько раз повторил своё упражнение в стрельбе, а затем сел в машину и уехал в город.
Человек сидел за столиком кафе на набережной и рассеянно наблюдал за тем, как на середине реки совершают манёвры парусники. Это было необычайно красиво и навевало мысли о нездешней жизни где-нибудь на берегу Средиземного моря. Впрочем, не где-нибудь, а конкретно на Кипре. Там его ждала сложным образом приобретённая недвижимость, новый паспорт и новые возможности. В конце концов, ему нет и шестидесяти, и у него есть ещё время насладиться жизнью, хотя, увы, не так уж и много.
