После короткого обеда Шилов принёс альбом со старыми фотографиями и начал свой рассказ.
– Вы, Дмитрий Александрович, упомянули о боевых действиях. Они действительно были. Немцы во время войны занимали эти места, но недолго. Их быстро выбили наши, а снаряды и пули лишь завершили давно начатую работу по разрушению княжеского имения.
Я не стану сейчас излагать историю рода Крузенштернов, хотя она очень интересна и поучительна для нынешнего поколения. Об этом когда-нибудь позже, если захотите, а сейчас расскажу о коротком периоде времени, охватывающем революционные события. Тогда-то и были разрушены дом и все прилегающие постройки.
К этому времени у князя Кирилла Константинович умерла жена, которую он любил необыкновенно. Звали её Ксения Павловна. Причиной смерти была болезнь лёгких. Похоронили её в родовом склепе, который находится за центральным зданием у дальней оконечности парка. Он, кстати, довольно хорошо сохранился и при желании легко может быть восстановлен. Изначально он выглядел так, как на этой фотографии. Вот, прошу вас, взгляните.
Дмитрий увидел строгого очертания белый каменный куб на черном основании, с надписью и закрытой металлической дверью. На другой фотографии был изображён трёхэтажный дом, знакомые колонны, портик, снятые как бы с высоты.
– Простите, а откуда велась съёмка?
– Судя по ракурсу, я думаю, с колокольни. Дело в том, что рядом с поместьем была старая церковь. Сейчас её нет, снесена в конце двадцатых ввиду полной ненадобности для восставшего трудового народа.
С вашего позволения, я продолжу. На этой фотографии вы видите парадный въезд в поместье: арка, ворота, княжеский герб над ними. Сейчас от герба осталась лишь небольшая часть, а тогда он выглядел вот так. Обратите внимание на три переплетенные буквы «К», они были фирменным знаком семьи. Вы вероятно уже знаете, что детям давали имена таким образом, что инициалы образовывали те же три заглавные буквы «К».
Князь был очень богат. Поколения Крузенштернов всегда находились в фаворе у царской семьи. Преданность престолу, необыкновенная отвага на военной службе и высокие занимаемые должности веками давали им возможность накапливать различного рода драгоценности и редкости. Для этого в центральном здании даже была отведена отдельная комната. Она была всегда заперта, и войти туда можно было только с позволения князя.
После смерти жены у Кирилла Константиновича остались сын и дочь. Сына звали Константин, дочь – Ксения. Сын, которому к этому времени было чуть больше двадцати, служил где-то под началом генерала Врангеля, не знаю в каком чине, а младшая дочь, слава Богу, находилась под присмотром няни в Париже. Говорят, что она была точной копией своей матери.
Когда стало ясно, что старый мир находится уже за гранью своего существования, князь собрал родовые сокровища и спрятал их в тайнике. Об этом тайнике знал только его доверенный слуга, всю жизнь бывший при нём. Памятку о месте, где были спрятаны сокровища, Кирилл Константинович поместил в старый неприметный медальон, где всегда хранил фотографию своей жены. Медальон был отдан слуге, который отправился с ним толи в Париж, толи к генералу Врангелю с тем, чтобы передать его детям. Сам же он остался рядом с женой.
Слуга отправился в путь, а через неделю поместье заняли красные части. Каким-то образом их комиссару стало известно, с какой миссией уехал старый слуга. Князь был доставлен в штаб, который размещался в малом доме, вот кстати, его фотография. Обратите внимание на большую его схожесть с центральным зданием. Так вот, князя вызвали и пытали трое суток самым зверским способом. Но это был человек крутого замеса. Потом рассказывали, что он умер, не проронив ни слова. Тайна места захоронения сокровищ так и не была раскрыта, а на следующий день после его смерти отряд красных бойцов умчался на юг, где шли ожесточённые бои с рвущимися к Москве белыми отрядами. Менее, чем за сутки всё имение было буквально перерыто, разрушено всё, что можно было разрушить, но тайник так и не был найден.
Истерзанное тело князя, брошенное на заднем дворе, нашли крестьяне сразу после ухода красных. Кирилл Константинович был добр к своему окружению, это знали все. Он был похоронен в семейном склепе, где заранее заготовил себе нишу рядом с женой. Убедившись, что склеп не содержит ничего, кроме гробов с останками представителей княжеского рода, крестьяне заклепали стальную дверь так, что открыть её можно было, только взорвав хороший заряд динамита. Кстати, в таком виде она находится и по сей день, поскольку все в округе знают, что сокровищ там нет, а искать их следует где-то на территории поместья. Вот только где именно, не знает никто. С тех пор здесь было перерыто всё, разрушены здания, но тщетно.
