— Какого цвета гром? — спросил его Арчи …Затем вправо, все еще опуская руку.

Арчи нанес еще один обманный удар ступней, потом сделал выпад — когти выпущены на полную длину, руки описывают широкие полуокружности одна над другой.

Голова Тимьин Тина ушла в сторону и назад, за плечо, левая рука будто бы слегка коснулась левого предплечья Арчи в области подмышки, правая рука устремилась к промежности соперника. Он почувствовал мгновенное соприкосновение тел и сместил баланс влево. Арчи перелетел через поручень и исчез в ночи.

— Смотри, — ответил ему Тимьин Тин.

Он постоял неподвижно — недолго, пока сердце не ударило два-три раза, всматриваясь и вслушиваясь в ночь. Затем поклонился. Из наружного кармана на шве правой штанины извлек трубочку толщиной в карандаш, взвесил ее на ладони и направил конец в небо. Он нажал штырек на боку трубочки, и тончайший красный луч ушел в темноту. Слегка повернув кисть, Тимьин Тин направил луч на поручень. Луч прорезал тонкую линию сквозь восемь дюймов каменной ограды. Проведя большим пальцем по канавке в волос толщиной, маленький человечек первый раз посмотрел вниз, на землю, и, убрав трубочку в карман, бесшумно выскользнул на лестничную площадку.

Когда он взглянул наверх, на лестничный пролет, его зрение на миг помутилось и перед глазами встала иная картина: холодный каменный коридор в древнем здании, когда-то ему хорошо знакомом.

Тимьин Тин медленно поднимался по ступеням, держась ближе к стене по левую руку, миновал одну дверь, двинулся ко второй. Достигнув нужной двери, он остановился. В щель под дверью пробивался слабый свет. Он сжал в руке трубочку-лазер, продолжая прислушиваться. Внутри что-то тихо шелестело, раздавалось едва слышно поскрипывание.

Он поднял оружие и направил его на то место, рядом с косяком, где должен был находиться засов. Потом снова замер, попробовал толкнуть дверь. Дверь была не заперта.

Тимьин Тин шагнул в сторону, поднял оружие и распахнул дверь.

Трубка лазера выпала из его пальцев. Маленький человечек рухнул на колени, коснувшись пола лбом.

— Я не знал, — прошептал он.

<p>Глава 1</p>

Когда Рэд платил по счету за комнаты и повреждение имущества в своем номере, к нему подошел маклер тотализатора: невысокий мужчина в тюрбане, источающий экзотические ароматы.

— Поздравляю, мистер Доракин, — сказал он. — О, вы превосходно выглядите сегодня.

— Такое со мной случается, — кивнул Рэд, поворачиваясь. — Но вряд ли это заслуживает особого поздравления.

— Я имел в виду, поздравляю вас с выигрышем.

— Вот как? Я на что-то ставил?

— Да. Вы поставили на себя в следующем раунде черной десятки «Чедвик против Доракина». Разве не помните?

— Любопытно. — Рэд принялся массировать переносицу — Гм-м… а-а, теперь припоминаю. Вы меня извините, я немного… Глупо с моей стороны. Погодите, если я выиграл, значит, была неудавшаяся попытка покушения? Прошлой ночью?

— Очевидно. Мы получили сообщение, что вы одержали победу. Желаете получить наличными или позволите перечислить сумму на ваш счет?

— На счет, пожалуйста. Какие-нибудь подробности вам сообщали?

— Никаких. — Мужчина в тюрбане извлек бланк. — Если вы потрудитесь расписаться вот здесь, я выдам вам квитанцию, и ваш выигрыш будет помещен в банк.

Рэд нацарапал свое имя.

— А в округе ничего необычного не замечали, что могло бы иметь отношение ко мне?

— Если не считать ущерба мебели в вашей комнате…

Рэд молча покачал головой.

— Будете ставить на пятый раунд?

— Пятый? Я прошел всего три, считая последнюю ночь.

— У нас зарегистрированы четыре.

— Боюсь, что это какая-то ошибка, поэтому не стану усугублять путаницу и ставить еще раз.

Маклер пожал плечами.

— Как хотите.

Рэд поднял рюкзак и отвернулся. К нему подошел Мондамей, держа в руке Цветы.

— Да, это действительно большая глупость, — заявила Цветы, когда они все вместе пошли к дверям. — Самому делать на себя ставки!

— Я уже признал свою ошибку. Не забывай, что Рэд-вчерашний был озабочен серьезной проблемой.

— Тогда в наследство тебе досталась ее солидная часть. У Чедвика было предостаточно времени, чтобы выйти точно на тебя. Ты уверен, что мы доберемся до машины?

Мондамей соединил контуры Цветов со своими блоками.

— Он действительно изменился. Но что он имел в виду, когда сказал, что сегодня он уже не тот, что вчера?

— Я с ним не так давно, чтобы собрать необходимый материал и понять природу этого феномена, — пришел ответ. — Однако при мне такие приступы случались с ним уже три раза, и после каждого он просыпался помолодевшим на несколько лет и вел себя, словно действительно был другим человеком.

Перейти на страницу:

Все книги серии Отцы-основатели. Весь Желязны

Похожие книги