— Я вижу только, что он гоняет кофе у себя в кабинете да треплется с народом. А вот Оскар постоянно где-то мотается, что-то решает. И вид у него усталый.
— А может быть, АлеДми просто не устает, — ухмыльнулась Вел, глядя на меня поверх очков, — и быстрее все успевает?
— Надо же так извращенно его сократить, — фыркнула я и потопала вниз.
Стоило мне вякнуть на тему, зачем делать такой огромный зал под землей, как Вел снова указала на мою полную несостоятельность как мыслящего существа.
— Вообще-то, — приняв вид школьной учительницы начала она и поправила невидимый узел на затылке, — нетрудно догадаться, что это...
— Что? — я театрально хлопнула глазами.
Вел покачала головой с видом полного разочарования.
— Бункер.
— Бункер? Но зачем? То есть, я понимаю, но... — я привалилась к стене у входа. — Шеф же не собирается спасать весь город, верно?
Вел молчала и выразительно на меня смотрела. Я порадовалась, что народ еще не собрался и никто не видит мой умственный позор.
— А нелюдей так просто не убьешь, — продолжала я мыслительную цепочку. — То есть... Шеф подозревал, что нам может грозить РЕАЛЬНАЯ опасность?
Я посмотрела прямо на Вел, надеясь, что она опровергнет мои опасения. Потому что где-то в районе желудка стало склизко и холодно. Будь ты хоть трижды оборотень, храбрость и отвагу тебе в вены никто не впрыскивал! Особенно, если ты девушка...
Эмпат, поджав губы, наматывала на указательный палец шнурок от кофты.
— Начальственное дело нам неведомо. И береженого бог бережет, — она сделала паузу. — И еще куча подобных поговорок.
Она подняла на меня взгляд, и я вдруг увидела, что у нее где-то в глубине болотных глаз засел страх. Такой же как у меня — скользкий и приставучий. Только когда боится эмпат — это намного страшнее.
Я не успела заметить, как оказалась вплотную к ней, вцепившись пальцами ей в плечи и заглядывая в лицо.
— Ты что-то знаешь? Что-то чувствуешь?
— Отцепись, раздавишь! — она недовольно передернула плечами, но я не ослабила хватку.
— Вел!
— Я ничего не знаю!
И тут до меня что-то стало доходить. Черт знал, что я осталась наверху приходить в себя, Шеф говорил с ним лично. Вся моя группа знала, куда я делась и что со мной случилось. Вел не могла не знать.
— Вел, — я сделала шаг вперед, упирая ее в противоположную стенку, — где ты была эти три дня, пока не было меня? И не пытайся отпираться, я уже поняла, что с группой тебя не было!
На каких-то пару секунд в ее глазах вспыхнула настоящая ненависть — к моему упрямству, к моей требовательности.
— Ты ничем не отличаешься от них, — прошипела она, как будто кромсая мне лицо взглядом, — ты совершенно такая же, только маленькая еще — тоже все решаешь силой!
Она рванулась и я отпустила. Именно отпустила — я смогла бы ее удержать.
Мы стояли по разные стороны коридора и смотрели друг на друга. Я не сводила с нее глаз, решив добиться своего любой ценой.
Вел чуть трясло, ее лицо пошло красными пятнами. Она кусала губы и смотрела на меня со злостью и... отчаяньем? Я чуть не охнула, когда увидела ЭТО где-то в глубине ее взгляда. Да что же здесь происходит?!
Я сделала шаг вперед, так медленно, как только могла в таком напряженном состоянии. Зудяще начинала болеть спина — крылья готовы вырваться наружу в любую минуту. Нет, надо учиться держать себя в руках.
— Вел, — я подняла руки и положила ей на локти. Мягко, успокаивающе. — Прости меня. Просто я... боюсь. Я ничего не знаю и боюсь.
Она молчала несколько секунд.
— Я тоже, — проговорила она шепотом, шаря взглядом по моему лицу, — тоже боюсь. Я не была с группой, ты права. АлеДми собрал нас сразу, как мы вернулись Наверх. Он сказал, что надо искать. Мы сидели почти безвылазно в кабинете, эмпаты вперемешку с вероятниками, и пытались увидеть.
Я непонимающе нахмурилась.
Вел раздосадовано причмокнула.
— Будущее состоит из вероятностей. У них есть проценты. Например, вероятность того, что кто-нибудь сейчас пройдет мимо нас и увидит странную картинку, которую мы являем, — она задумалась, прищурив один глаз, — 40%. Поняла?
Я кивнула.
— Есть люди, которые занимаются именно этими вероятностями. Это сложно и тяжело, поэтому им нужна подпитка. А мы, эмпаты, можем работать еще и как батарейки.
— То есть они просто смотрели в будущее и жрали вас? — ахнула я.
— В каком-то смысле, — кивнула Вел, — но мы тоже смотрели... Чирик, это уже детали и дебри. Но суть в том, — она снова понизила голос, — что таких сборищ уже давно не устраивали. Очень давно. А тут появился АлеДми, раздал всем ценные указания и даже не удивляться не попросил. Просто как будто так и надо. И улыбается так небрежно.
Вел передернула плечами:
— Знаешь, иногда я его просто боюсь.
Я попыталась уложить в голове хронометраж.
— И в это же время он занимался со мной?
Вел снова кивнула.
— Вот поэтому я и удивилась. Что он и у тебя был, и у нас. Приходил отчеты принимать. А ты говоришь, бездельник.