Молодая женщина смотрела на супруга с лёгкой улыбкой и с ноткой снисходительности. Почему-то мне кажется, что в этой семье она верховодит. Несмотря на свой возраст. А я пытался не утонуть в воспоминаниях этого помещика. Ну и порой посматривал на его супругу. А она эффектна, румянец на щеках подчёркивал её природную бледность. Такая бывает у жгучих брюнеток, возможно этот самый румянец рукотворный. Но в любом случае женщина чудо как хороша, бархатистые ресницы обрамляют выразительные глаза. Чётко очерченные губки изредка являют миру мелкие ровные зубки. Нежный подбородок, аристократическая шея и средних размеров декольте — всё это заставляет с немалым усилием отводить взгляд и уделять фальшивое внимание её супругу. Просто это становится неприличным и я постарался, развернувшись боком, смотреть только на мужчину.
— Что Вы говорите, а мне даже не доложили. Такая банда у нас под боком. Дорогая, на караван, в котором двигался Константин Павлович, напала шайка лихих людей. Степняки, большой отряд, представляете.
— Ну рассказывайте, рассказывайте, — хозяин дома в нетерпении похлопал пухлыми ладошками по коленям.
— А что рассказывать? Всё случилось очень быстро, пришлось мне вмешаться, в результате отряд степных разбойников рассеялся. Часть погибла, десяток я привёл с собой. Не подскажете, уважаемый Василий Фёдорович, что полагается делать с лиходеями?
— Так, этих надо свезти к уездному исправнику. Или ещё лучше сдать их городничему. Если хотите, оставьте их у меня. Я свезу с оказией в город.
— Василий Фёдорович, Вы меня обяжете, благодарю. Ещё хотел узнать у более опытного в этих делах человека. Стоит мне опасаться их дружков-подельников, которые утекли?
— Нет, этих вряд ли. Это башкирская молодёжь на свой страх и риск резвится. Вы мне лучше скажите, что собираетесь делать с «откупом»?
— Откуп? А что с ним не так и кому я должен платить?
— Ну, где-то через месяц скорее всего у Вас нарисуется сильный отряд башкир сабель в пятьдесят — семьдесят. Это представители племён, которые живут вымогательством. Высылают своих представителей, типа плати откуп, если хочешь мирно жить. Заплатил и живи спокойно весь год. Они даже не дадут другим грабить «свои» сёла. Передвигаются сильными отрядами по застывшим рекам, по караванным следам. С караванщиками у них свои тёрки.
— А если не платить?
— Ну, тогда может по-разному выйти. Убить-не убьют, а дома могут пожечь и скот угонят. Девок и баб, опять-таки потащат насильничать.
— И что, все платят? Вы вот тоже собираете этот самый «откуп»?
— Я нет, у меня дружина неслабая имеется. Человек тридцать спокойно соберу, это и охотники наши и ещё людишки вооружённые есть. Отпор дадим, мало не покажется. Зачем им связываться, да и сам я могу устроить им кузькину мать. Пусть и слабосилка, но всё-таки маг земли. С магами они связываться опасаются.
— А у них своих магов нет?
Помещик покачал головой, — нет, очень редко. У них больше шаманы, а те работают с «душами предков».
— В самом деле?
— Нет конечно, это скорее элементали, стихийные сущности. Тоже не подарок, но сильных шаманов у башкир мало. И они не будут разъезжать по деревням, выбивая дань.
А утром, после обильного завтрака мы прощались. Проводить меня вышел не только помещик, но и его супруга. Я же вполне искренне их благодарил за приём. И обещал навестить при случае.
Бандитов я оставил в селе, пусть Загряжский получит свою толику бонусов от городничего. Наверняка не просто так помещик согласился взять на себя заботу от них. А мы и так в прибытке, кроме оружия и личных вещей, нам досталась дюжина крепких лошадок. А ещё червонец я выручил за мясо, это местные купили у нас конину. Куда нам столько, а мясо всегда в цене.
Так что тронулись в путь мы в отличном настроении. До дома рукой подать, завтра к обеду и будем.
Нет, надо набирать в дом слуг. Один Аким суетится с печами, да Дарья со старшей дочкой крутится. Кашеварит-то она во флигеле, где есть печка для готовки, а сюда в дом носят уже готовое. Домина у меня здоровый и нужны слуги. Тех же девок набрать не проблема. Любой родитель за счастье посчитает сплавить дочку в барский дом. Чтобы она не хвосты коровам крутила, а ходила вся важная да нарядная. К тому же это выгодно материально. Как таковой я зарплаты подневольным девкам не плачу, но часть оброка их семьям компенсирую. Другое дело вольные как Дарья, ей я плачу ежемесячно зарплату. Правда часть идёт в натуральном виде. Ну а как? Дрова поставляем в их дом, другую продукцию. Да и дом-то их стоит на моей земле. Всё это увязано и выгодно обоим сторонам. Но мне бы пару мужичков крепких в дом найти. А мои крестьяне для этого не особо подойдут. Разве что пацанов своих пришлют. Это мне в городе искать надо, семейных и грамотных, чтобы не стыдно за них было при гостях.
— Ну, Иван, что будем делать с этим самым «откупом»? — мы благостно сидим после настоящей баньки. С берёзовым веничком и барахтаньем в свежем снегу.
