- Дожить бы до вечера, - пробурчал он, придирчиво разглядывая свою выбритую физиономию в высокое зеркало. - Что в церкви делать я не знаю. А вдруг что не так сделаю - разговоров будет!
- Подскажут что делать. Ты, главное, не дергайся, веди себя как обычно. Скажут, подойти - подойдешь, скажут поцеловать - поцелуешь. Не дрейфь.
- Да я и не дрейфю. Просто коленки слегка трясутся. Блин, помоги пуговицу застегнуть.
С мороза в дом зашел Мендельсон. Весь из себя нарядный, при дорогом костюме и шубе. Лицо красное, то ли от мороза, то ли оттого что принял слегка на грудь.
- Что там гости, Яков? - спросил я его.
- Собрались давно все. Пора за невестой ехать, - сообщил он вальяжно, так, словно бы и не будет скоро никакого венчания.
- Ага, сейчас. Мишка, ты бы вместо своих туфель нормальную обувь одел, а то все пальцы отморозишь.
- Да, Михаил Дмитриевич. Туфельки у вас совсем холодные. Сапоги вам надо с теплыми портянками, а лучше всего валенки.
- А в церковь я тоже в валенках попрусь? - буркнул Мишка, в очередной раз оттянув давящий ворот.
Яков пожал плечами:
- Ну, как хотите. Только я валенки все равно в повозку кину.
И с этими словами он ушел, запустив через порог клубы морозного воздуха. А через минуту он вернулся и радостно хлопнул в ладоши:
- Ну-с, Михаил Дмитриевич, пора. "Карета" подана.
Мишка нервно и глубоко вздохнул, длинно выдохнул. Я подал ему шубу:
- Да не дергайся ты так. Все будет нормально.
Длинный и шумный свадебный поезд подкатил к церкви Вознесения Господня. Нас встречал радостный колокольный перезвон, толпа горожан и мелкой руки чиновников. У входа в церковь было не протолкнуться - улица была заполнена. Наш поезд с трудом подъехал к "центральному" входу, внаглую раздвинув любопытствующих.
Первым выбрался на свет божий жених. Высокий, статный, с черными напомаженными усами, в красивом, но ужаса неудобном цилиндре, в начищенных до зеркального блеска туфлях и в богатой шубе - он был эталоном красоты.
- А жених-то красавец! - пронеслось по зрителям. Молодые барышни в первых рядах блеснули глазками.
За Мишкой выполз я, встал с ним рядом. Потом мы вместе зашли за церковную ограду, поднялись по ступенькам и остановились. Развернулись в сторону свадебной кавалькады - нужно было встречать невесту.
Анна Павловна произвела неизгладимое впечатление на разношерстную публику. Высокая и стройная, с аристократической выправкой, в широком длиннополом и белоснежном платье и таком же белоснежном манто. А на голове у нее была накинута тонкая сеточка, украшенная многочисленными сверкающими кристаллами господина Сваровски. Мишке стоило больших трудов найти их и убедить мастера, который делал накидку на голову, что кристаллы в данном случае ничем не хуже настоящих бриллиантов.
Попов чинно подвел румяную и слегка смущенную невесту к моему другу.
- Принимайте невесту, - сказал он, нежно вкладывая ладонь кузины в руку жениха. - Берегите ее.
Мишка осторожно взял руку, накрыл ее пальцы другой ладонью и восхищенно посмотрел на свою будущую жену. Она влюблено посмотрела на него.
- Аня, - сказал вдруг Мишка, сбившись с дыхания, - ты сегодня особенно красива!
И с этими словами он развернулся и, осенив себя крестным знамением, сделал решительный шаг навстречу своей судьбе. А следом за ними и я с Поповым, а за нами все остальные.
Церемония длилась около часа. Священник торжественно и нараспев читал в своей книге обряд, молодые держали свечки, мы с Поповым держали над их головами тяжелые венцы. Потом был обмен кольцами, целование креста и иконы.
Когда все церемонии были закончены и священник сказал последнее "Аминь!", Мишка повернулся к молодой жене:
- Вот и все? - спросил он с придыханием. Все происходило как будто не с ним.
- Да, - ответила она, глядя на него снизу вверх.
- Мы теперь муж и жена?
- Да.
Мишка улыбнулся. Рывком ослабил давление галстука и неожиданно для всех подался вперед, крепко взял за плечи свою возлюбленную и со всей страстью, что была возможна, впился в ее губы. И плевать на правила. Оторвался через долгую и сладкую минуту, подхватил Аннушку на руки и счастливый понес ее к вратам.
На выходе из церкви молодоженов встретило радостное ликование. В воздух полетели мужицкие шапки. Из толпы кто-то заорал:
- Ура молодым! - и его возглас охотно подхватили.
Я случайно увидел кричащего и узнал в нем друга Валентина. Того самого невысоко и коренастого парня с которым я почти год назад подрался. Он, конечно же, не был приглашен, но такое торжество любитель помахать кулаками пропустить не мог. Здесь веселье, здесь праздник, здесь богатство и вдобавок здесь после обряда венчания обещали угостить. Когда мы отъедем, от ворот церкви в течение часа будут наливать по стопочке каждому желающему. Деньги для нас не большие, а для поднятия настроения полезно.
