— Если б ты знала, малышка, как я люблю тебя, — прошептал он, — как мне больно уходить. Но, если я и наберусь сил уйти от твоей мамы, то расстаться с тобой я не в силах. К тебе я всё равно вернусь.
Он наклонился и поцеловал прозрачный купол. От того места, которого коснулись его губы, слетела маленькая золотистая фея и запорхала вокруг головки девочки. Он улыбнулся и вышел из каюты.
Уже поднимаясь в Зал Пентаграммы, он знал, что там устроена ловушка. Это было только на руку: чем больше шума, тем лучше. Он прошёл по длинному коридору, и вошёл в гулкий тёмный зал. На полу матово отсвечивал защитный круг, в центре которого стоял алтарь.
— Свет, — негромко проговорил он, и на потолке вспыхнули световые панели.
Возле алтаря, жмурясь, стоял Дакоста в широкой чёрной мантии с вышитыми серебром знаками. Увидев МакЛарена без рубашки, в чёрных брюках, босым, да ещё с распущенными волосами, мальтийский рыцарь нахмурился.
— Значит, это, действительно вы, доктор, — безрадостно констатировал он.
Джулиан кивнул и осмотрелся. В глубине зала на стене он заметил несколько небольших датчиков с загадочной маркировкой.
— Те самые детекторы магического влияния? — заинтересовался он и прошёл туда, не обратив внимания на защитные контуры под ногами. — Как они работают?
— Любое магическое действие в зале приведёт к срабатыванию сигнализации, — пробормотал Дакоста, стаскивая с себя мантию.
— Они включены?
— Конечно, если я здесь.
— Проверим?
Джулиан щёлкнул пальцами, и как раз между датчиками в стене образовалась широкая чёрная воронка, которая постепенно расширялась, образуя портал.
— Я ухожу, — проговорил он, взглянув на Дакосту. — Мне неплохо работалось с вами, и я ценил вашу дружбу, но теперь наши пути расходятся.
— Я не могу позволить вам уйти, — покачал головой Дакоста. Сняв мантию, он отшвырнул её в сторону и взял с алтаря золотой жезл, украшенный на навершии орлом, распластавшим крылья. — Либо вы сдадитесь, либо я вас убью.
Джулиан покачал головой.
— Глупо и недальновидно, рыцарь, потому что вы вынуждаете меня к тому, о чём я уже жалею.
И стиснув зубы, он выбросил вперёд руку. С вытянутых пальцев сорвался голубой шар и, промчавшись по залу, ударил Дакосту в грудь. Рыцарь отлетел в противоположный колец зала, а выпавший из его рук жезл откатился в сторону.
Джулиан поднял его и повертел в руках.
— Надо же! Он возил эту штуку с собой и даже ни разу не проговорился о том, что у него есть такое сокровище…
В этот момент дверь зала с треском распахнулась, и ворвались три стрелка с парализаторами наперевес. Заметив среди них Валуева, Джулиан усмехнулся:
— Ну вот, наконец, наша пропажа вернулась.
— Положите эту штуку на пол, доктор, и отойдите от дыры в стене, — тихо, но твёрдо скомандовал Кирилл Оршанин.
— Это не дыра, мой мальчик, — ласково проговорил МакЛарен и, нагнувшись, положил жезл возле своих ног. — Это портал.
— Тем более…
Договорить он не успел, потому что его второй спутник вдруг быстро метнулся вперёд и, развернувшись, встал между стрелками и Джулианом, наведя на товарищей бластер. Кирилл замер, поняв, что у того в руках вовсе не пугач, обездвиживающий жертву, а смертоносная пушка, созданная для убийства.
— Опустите оружие, или я стреляю, — ледяным тоном сообщил Игнат Москаленко, и чуть повернув голову, произнёс, — Иди.
Джулиан измученно закатил глаза.
— Не делай глупостей! Я вовсе не нуждаюсь в твоей защите!
Но Игнат молча поднял бластер и навёл прицел на Оршанина.
Именно эту картину я и застала, вбежав в Зал пентаграммы. Дальняя стена была скрыта занавесом угрюмой, закручивающейся воронкой Тьмы. Возле неё стоял Джулиан босиком в чёрных брюках с обнажённым торсом. Его распущенные волосы развивал ветер, а глаза мерцали холодными зелёными искрами. В нескольких метрах от него с наведёнными парализаторами стояли Оршанин и Валуев, а между ними и Джулианом — Игнат Москаленко с бластером.
— Не стрелять! — крикнул из-за моей спины Хок.
Все обернулись в нашу сторону. Джулиан взглянул на меня и негромко произнёс:
— Я приду за тобой.
За его спиной с шелестом раскинулись чёрные атласные крылья, он повернулся и в следующее мгновение исчез. Тьму затянуло в ею же созданную воронку, и портал закрылся.
— Дьявол, — прорычал Хок. — Всем опустить оружие!
Стрелки молча повиновались. Игнат обернулся и посмотрел туда, где только что стоял Джулиан. К нему подошёл Валуев и, когда Игнат обернулся, с короткого замаха ударил его в челюсть, а потом забрал из его рук бластер.
— Прекратить, — приказал Хок и подошёл к ним. — Без рукоприкладства, лейтенант. А ты сам виноват, — обернулся он к Москаленко. — Не просят — не делай. Оружие — в арсенал, этого — под арест.
— За что? — возмутился Игнат.
— За то, что душу дьяволу продал, — огрызнулся Оршанин, но Валуев ткнул его локтем под рёбра, и тот смущенно и виновато взглянул на меня.
— За то, что на своих оружие навёл, — поправил старпом. — И взял его без разрешения из арсенала. Увести!
Проходя мимо меня, Игнат остановился.
— Он вернётся, Дарья Ивановна.
