Зандер Каргас, отвергнутый собственной семьей, вырос на улице. Он никогда не знал ни любви, ни нежности, зато в совершенстве постиг суровый закон жизни: если тебя обидели – отомсти. Никто не мог удержать Зандера от заветной цели: свести счеты с братом. Никто… кроме доброй и понимающей Шарлотты.
Шарлотта с нетерпением ждала его звонков, хоть и понимала, что лучше не уделять ему так много внимания. Она должна быть сдержанной, вежливой и холодной. Но как можно устоять перед соблазнительной улыбкой этого могучего красавца?
Он связывался с ней уже несколько раз. Ответив впервые, Шарлотта решила, что это ее босс Нико, – акцент совсем сбил ее с толку. В тот раз телефон разразился трелью в шесть утра, и на другом конце провода послышался раздраженный голос, настойчиво требовавший какихто объяснений.
– Это Зандер. Вы же сами хотели со мной поговорить, но, похоже, я ошибся, – наконец произнес незнакомец и уже собрался бросить трубку.
Шарлотта, представив, как разозлится Нико, когда узнает о неудачной беседе, испугалась и сонно пробормотала извинения.
– Я очень рада, что вы мне перезвонили, – продолжила она, – просто у нас всего шесть утра.
Наступила пауза.
– Я думал, у вас уже восемь. Вы разве не в Афинах? Не на Ксаносе? – Обладатель голоса, видимо, еще не совсем успокоился, но и говорил теперь менее грубо.
– Я в Лондоне. – Шарлотта заставила себя сесть в кровати.
– Вы же Шарлотта Эдвардс? Ассистент Нико Элиадеса?
– Да, и я живу в Лондоне.
Дальше случилось самое неожиданное – он извинился:
– Простите. Я в Австралии… И просто решил, исходя из своего опыта, что вы работаете вместе со своим начальником в Греции. Я вам перезвоню в рабочее время.
– Не стоит, – поторопилась остановить его Шарлотта, боясь, что придется рассказывать боссу о том, что наконец позвонил неуловимый Зандер, а она отшила его. Потому что хотела спать. – Не вешайте трубку, я уже встала. Ну… не совсем встала…
О боже!
Снова наступила пауза. Шарлотта задрожала при мысли, что не только выставила себя профаном, но еще и призналась незнакомому мужчине, что валяется в постели. Хрипотца, которой был приправлен голос Зандера, когда снова заговорил, вогнала Шарлотту в краску.
– Хотите выпить кофе? – спросил он. – Я могу перезвонить.
– Нетнет, – соврала Шарлотта, потянувшись за ручкой, чтобы записать необходимую информацию, если таковая последует.
– Шарлотта, я перезвоню через пять минут. Приготовьте себе кофе и выпейте его в постели, потом и поговорим.
Она хотела объяснить ему, что только Нико зовет ее Шарлоттой, но осеклась: она уже достаточно нагрубила ему.
– Было бы замечательно, мистер?…
– Просто Зандер, – ответил он и сразу положил трубку.
Так все и началось.
Их утренние беседы быстро вошли в привычку: Зандер трезвонил ни свет ни заря, они недолго разговаривали, и он вешал трубку. Шарлотта готовила кофе и возвращалась в постель ждать еще одного звонка. Она слушала его низкий бархатный голос и записывала сообщения для Нико. А потом они просто болтали.
– Получается, вы не работаете с Нико на самом деле? – както спросил ее Зандер.
На улице было пасмурно, шел дождь, Шарлотта сидела, завернувшись в одеяло, и от звука его голоса ей становилось еще теплее.
– Работаю.
– Но не с ним?
– Я работаю на дому, – объяснила Шарлотта. – Босс много путешествует, а я все организовываю.
– Вам нравится эта работа?
Она замешкалась на долю секунды, затем произнесла:
– Я ее обожаю.
Она твердила себе снова и снова, что все хорошо, но подобная деятельность, конечно, не могла стать страстью и привести к серьезному карьерному росту.
В детстве Шарлотта говорила, что хочет стать стюардессой и обслуживать международные рейсы. В университете она изучала иностранные языки, и, закончив курс, отправила резюме в авиакомпанию. Ее взяли, и вскоре она добилась немалых успехов, став старшей бортпроводницей.
– Вы не скучаете по полетам? – спросил Зандер напрямик, и Шарлотта на несколько секунд растерялась.
На ее глаза навернулись слезы. Она скучала, хоть и не хотела признаваться в этом.
– А у вас есть дети? – продолжал расспрашивать ее собеседник.
– У меня нет детей, – ответила она, не задумываясь.
Через секунду Шарлотта поняла, что вопрос был задан не из праздного любопытства. Зандер проверял ее, и от этого у нее на душе потеплело. Было ощущение, что ему не все равно.
– А у вас?
– Нет. Я слишком безответственен для этого, – резко произнес он, и Шарлотта прикусила язык.
Лучше бы она не совала свой нос в его дела. Она не рассказывала Зандеру о том, что ухаживала за больной матерью, чье состояние ухудшалось с каждым днем; не рассказывала о том, что единственная работа, которую она сейчас могла себе позволить, это работа на Нико.
– Итак? – Зандер не оставлял ее в покое. – Ты скучаешь по полетам?
– Нисколько, – солгала Шарлотта.
Солгала, потому что иначе могла расплакаться. Она кормила его байками о другой Шарлотте – о той, которая любила вечеринки с подругами, о той, какой она когдато была.
– Я не хочу продавать эту землю, – произнес Зандер, возвращаясь к работе. – Но твой босс очень настойчив. Он хочет получить причал, ведь тогда вся бухта будет его.
Она ничего не ответила. Шарлотта не имела права вмешиваться в переговоры. Она только передавала сообщения Нико.
– Ты когданибудь была на Ксаносе? – вдруг спросил Зандер.
