Мне можно готовить заявление на увольнение? Если бы я была одна — вообще не вопрос! Нужно было сделать это раньше. А еще лучше не бояться и дойти до директора предприятия. Рассказать всем, что Семен Петрович бездарь и бабник. Что все его удачные проекты — это рабская работа отдела. Но кто бы мне поверил? Коллеги ни за что бы не поддержали. Потому что держатся за работу зубами и обеими руками. У каждого свои причины: Владик — гениальный размазня, живущий в сорок лет с мамой, Свете после института нужно продержаться пять лет из-за целевого, у Ирины Львовны внук родился с особенностями в развитии и дочка с мужем развелась. Это наш костяк. А остальные постоянно меняются, проходя через постель Семена Петровича.
Вибрация телефона заставляет обернуться. Снова мама? Но нет. Неожиданно на экране высвечивается номер коллеги.
— Света? — Я с удивлением беру трубку. — Привет! С Новым годом. Ты чего звонишь?
— Здравствуйте, Алена Дмитриевна, — девушка нас всех пока называет по имени-отчеству. — С праздниками. Вы меня извините за беспокойство, но я тут случайно в документы залезла. Семен Петрович уволил секретаря, а меня берет на ее место, — гордо.
Было б чем гордиться…
— Уволил Анфису? — Ошарашено переспрашиваю. Она дольше всех его женщин продержалась!
— Да, — вдохновенно отвечает Света. — Что-то она там сильно в документах напутала. И я села разбираться… Тут правда ужас и кошмар!
Едва сдерживаюсь, чтобы не хмыкнуть. Просто Анфису держали совершенно для другого.
— И вот тут есть ваши отчеты, Алина Дмитриевна, — заканчивает свою мысль моя молодая коллега. — Я плохо ещё понимаю, но такое ощущение, что вы в квитанции на корпоративные подарки указали бюджет три миллиона. Может быть, это партнёрам, конечно, но у нас то были просто продуктовые карточки в магазины.
— Как три миллиона?! Перешли мне его, пожалуйста, — громко шепчу, чувствуя, как по спине прокатывается холодок.
А вот и ответочка. Повод, чтобы меня уволить…
— Да, сейчас перешлю, — отвечает Света.
— Ты больше никому не показывай только, — прошу ее. — Я, видимо, нулем ошиблась…
Прощаюсь с коллегой, слышу звук почты и бегу к ноутбуку. Руки трясутся.
Открываю файл…
Быстро прокручиваю таблицы с цифрами вниз и чувствую, как волосы на голове начинают шевелиться. Зачем? За что? Господи! Это же документ, который не только меня уволит, но ещё и станет поводом для проверки ОБЭП! Сумма слишком большая, чтобы ее можно было «потерять».
Господи, какой же идиот! Просто сказочный! Я и подумать не могла, что все на столько плохо!
Только я сажусь за компьютер, чтобы попробовать восстановить документ из своих файлов, как просыпаются дети.
Всего сорок минут тишины…
Снова пытаюсь их накормить. Достаю из коляски новую пачку смеси, которую купила вчера в магазине.
Вместе с баночкой на пол вываливается визитка какого-то социального фонда помощи матерям при мэре нашего города. Вчера мне ее в руки сунула какая-то девушка с малышами. Тоже с двойней. Прямо на улице. И я даже на мгновение допускаю мысль позвонить в этот фонд… Но, конечно это не возможно. Были бы дети с документами!
Мальчишки новую смесь тоже не едят.
— Издеваетесь надо мной?!
Головой я понимаю, что у малышей что-то не так со здоровьем, но реагировать спокойно не получается.
Вдруг замечаю у Саши на деснах красные пятна.
Кладу Диму на диван, а его брата подношу ближе к свету. Бесцеремонно засовываю ему палец в рот и пытаюсь хоть что-то рассмотреть в перерывах между недовольным детским криком.
— Что это такое вообще?
Никогда не видела такой болезни. Красные пятна у ребенка не только на деснах, но и на язычке, и небе… Как будто с водяными прыщиками.
Бегу смотреть Диму — тоже самое.
Моя паника достигает размеров оглушающего цунами. Я не знаю опять, что делать!
Оставив детей и засунув поглубже остатки гордости, я набрасываю куртку и выбегаю на площадку.
Звоню в дверь соседа. Уже семь. Он должен быть дома. Но дверь мне никто не открывает.
Через час безуспешных попыток накормить, успокоить детей и, начитавшись советов в интернете, я развожу малышам по таблетке жаропонижающего и даю на чайной ложке с водой.
Через пол часа становится действительно легче. Мальчишки жадно кушают и отрубаются. А я иду дальше ворошить мамские форумы и интернет. Стоматит? Молочница? Ангина? Пишут, что у таких малышей не бывает ангины. Но они столько пробыли на морозе, что иммунитет мог дать сбой, как угодно!
Я сойду с ума до их восемнадцати. Если конечно, они со мной останутся. Господи, пусть я лучше сойду с ума, чем у меня их не будет!
В животе урчит.
Перехватываю последний кусочек ветчины из холодильника и вспоминаю, что последний раз ела только утром. Один бутерброд с кофе.
Ставлю на плиту воду и забрасываю в нее сразу гречку с парой сосисок.
Сил нет. Глаза ломит от недосыпа. Голова пульсирует в виске.
Чем лечить детей? Мне нужен нормальный педиатр. Может быть, вызвать из частной клиники? И снова соврать, что документы у сестры?
Пишу сообщение Руслану с вопросом о малышах. Не отвечает…
Мне кажется, что я не слышала соседа уже больше суток. Или это только мне кажется?
