Да, честно говоря, и я сам толком не понял, где оказался. Огромная площадка, засыпанная песком. Мне надо здесь будет с кем-то драться? Чем же? Я попробовал призвать силу — и она пришла спустя какую-то микросекунду. Сравнение было такое, как если бы кукловод протянул своей марионетке на веревочке оружие в тот момент, когда оно ей понадобилось. Но никого не было. Я аккуратно пошёл, уверенный, что рано или поздно что-то да произойдет.
Странно. Я, конечно, не бывал в южных частях Авиала, но знал, как сильно увязаешь, гуляя по песку. Тем не менее, здесь я шёл легко, словно пружинил.
В конце концов, я упёрся в какое-то препятствие. За неимением других вариантов я посчитал, что это было стекло. Двинувшись в сторону, я прошёл еще некоторое расстояние, пока дошел с другой стороны до той самой двери, через которую я и попал сюда.
Во мне снова начал закипать гнев. Да сколько можно этих издевательств?! Сколько времени можно было сэкономить вместо всех этих бестолковых манипуляций. Злость охватывала меня всё с большей силой… и я понял, что мне надо было делать.
Весь собранный гнев излился через силу, которой я придал жгучее желание разнести это место по кусочкам. И затем… хлопок ладонями, от которого по земле пошла трещина, добралась до стекла, которое я не смог пройти… и пошла дальше. И через доли секунды стекло с оглушительным звоном лопнуло.
Осколки не полетели на землю, но рассыпались стеклянной пылью. После чего как будто сдернули завесу. Вокруг площадки были трибуны, и на них сидели десятки, сотни таисианов, сейчас оживлённо переговаривавшихся.
Мне снова взяло зло. Оказывается, пока я бродил здесь, то параллельно был посмешищем для весьма широкой аудитории. Ах, вот так! Миру грозит беда, тысячи их сородичей могут погибнуть, а им хлеба и зрелищ подавай! Я занес руки для нового хлопка.
«Постой! — воззвал ко мне мой внутренний голос — Но ведь так нельзя! Сила, даруемая гневом, зла, ядовита, опустошительна! От того, кто ей пользуется, в конце остается лишь пустая оболочка!
Но я подавил в себе этот голос разума. Не так-то просто загнать на задворки сознания все те вещи, что здесь произошли с тобой, учитывая, что здесь ты и есть собственное сознание. Воспоминания от унизительного приема Тойди и Кайто, от бича надсмотрщика — казалось бы, уже подавленные — вдруг снова вспыхнули, и я послал новый хлопок.
От меня в четыре стороны пошли новые трещины. Добравшись до трибун, они не остановились, а двинулись ещё дальше. Трибуны раскололись, таисианы на них закричали, забегали, куда-то ринулись.
Ну, давай, остался всего один раз! Покажи им, как ты силен! Покажи им, что с тобой нельзя играть, как с куклой на верёвочках! Добей их, придя сюда, они отказались от части своих способностей и надолго запомнят этот урок. Я занёс ладони для последнего хлопка, должного обрушить все это место в бездну, прочь, всех, никого не щадя и…
И я опомнился. Да что же я делаю?! Ведь это тот крючок, на который я попался Молчаливым Сестрам, тот, на который меня едва не подцепила Хранительница… Так почему это произошло?! Так почему сейчас со мной происходит то же самое?!
