Глаза алхимика загорелись азартом. Несмотря на своё незавидное положение, он оставался исследователем до мозга костей. Новые открытия волновали его больше, чем собственное состояние.
— Молодец! — кивнул в ответ. — Чуть позже я приду, и всё покажешь. Что-то ещё?
— У меня есть идеи относительно твоего нового облика, — продолжил мужик. — Нужны несколько экспериментов, но, кажется, я смогу вернуть тебе истинное обличье.
Слова прозвучали как елей для ушей, и внутри всё заклокотало. Это бы сейчас мне очень упростило жизнь.
Посмотрел на Изольду. Быстро узнаю, что там у неё, и можно пробовать вернуть мою настоящую внешность.
— Идём прямо сейчас! — заявил я. — Минута.
Подошёл к перевёртышу, глянул на неё. Элегантная дама средних лет — статная, с идеальной осанкой и тонкими, аристократичными чертами лица.
— Павел, — мягким тоном начала мать перевёртышей. — Дело немного деликатное, поэтому я попросила обсудить лично.
Её голос был мелодичным. Она нервно теребила кружево на манжете, избегая прямого взгляда.
Да что это с девушками творится? Меня не было всего ничего. Может, заболели чем-то? А монстры вообще болеют? А те, кто наполовину люди? Тряхнул головой и прогнал мысли.
— Дальше, — кивнул я, торопя Изольду.
— Есть одна особенность у перевёртышей, о которой ты не знаешь, — её глазки блеснули. — Мы хищницы, монстры и люди.
— В курсе.
— Нам очень важно иметь хозяина… — смутилась женщина. — Наши инстинкты очень сильны. Намного больше, чем у обычных дам. Мои девочки… Они сейчас находятся в таком возрасте.
— Изольда, давай к сути! — прервал её.
Все мысли были заняты возможностью вернуть свой облик. Однако что-то в голосе матери перевёртышей, в том, как она нервничала, заставило меня насторожиться.
— Они сейчас в стадии и возрасте для продолжения рода, — выдала перевёртыш. — Если не понесут, то потом… — её голос стал тише, почти шёпотом. — Лишатся этой возможности навсегда, как я. Таковы особенности нашего искусственного вида. Если это произойдёт, то Вероника и Елена очень сильно изменятся. Станут агрессивными и неуправляемыми.
Женщина замолчала, ожидая моей реакции. В комнате было так тихо, что я слышал стук капель дождя за окном.
— Получается, мне нужно с ними или спать, чтобы они дали потомство, которое сейчас очень некстати, или убить их? — спросил в лоб.
Изольда вздрогнула от прямоты вопроса, но не отвела взгляд.
— Да! — кивнула она. — Именно так. И я… — покраснела. — Мне тоже нужно мужское внимание. В этом месте безоговорочный лидер, альфа, хозяин — ты.
Это было слишком даже для меня. В любой другой ситуации… но сейчас, в теле пацана? Абсурд.
— Потом! — поднял руку.
Вот вообще не до того. Блокада, нехватка ресурсов, подготовка к возможной войне, и тут ещё такое.
— Павел, это важно! — схватила меня за ладонь перевёртыш. — Мы самки, и инстинкты очень сильны. Ты привязал девочек к себе. Они держатся из последних сил, как и я…
Изольда зачем-то запихнула мою руку себе под бельё — в сиськи. Вот что ты творишь, женщина? У меня в организме сейчас не кровь, а одни гормоны… Мягкость и тепло её груди даже через ткань платья отозвались в теле предательской волной.
Перевёртыш смотрела на меня влажными глазами, в которых читались мольба и нечто большее — голод, древний и первобытный. Хищный блеск на мгновение проступил сквозь человеческую маску.
Проклятье! Ещё одна проблема, которую нельзя игнорировать, но и решить немедленно невозможно. В моём нынешнем состоянии… Нет, это не вариант.
— Я обещаю, что решу ваш вопрос как можно скорее, — вырвался из мягкости и тепла. — Сейчас как раз займусь одним делом.
Если дядя Стёпа прав и он может вернуть мне истинный облик, это решит сразу множество проблем, включая и ту, про которую сказала Изольда.
Выдохнул и кивнул алхимику. Дядя Стёпа последовал за мной, а я оставил женщину в зале.
Когда открыл дверь, под ней стояли Вероника и Елена. Сделали вид, что не подслушивали. На их лицах читалось то же выражение, что и у Изольды, — смесь голода, надежды и нетерпения. Они быстро отвели глаза, но я заметил, как учащённо вздымалась грудь каждой, как подрагивали пальцы.
Мы с алхимиком направились дальше и начали спускаться по лестницам.
— Господин! — прозвучал голос Лампы.
Рыжий мальчишка появился в собственном теле. Странное проявление их симбиоза.
— Рад тебя видеть, дружище, — хлопнул по плечу. — Как ты там?
— Потихоньку, — смутился рыженький. — Дядя Стёпа вам уже сказал, что теперь мы навсегда вместе…
Лицо пацана стало печальным. Тяжёлая судьба — делить тело с другим сознанием до конца жизни. Понимаю его. Если бы мог что-то сделать, то помог, но это, к сожалению, не в моей власти.
— Позвольте вопрос? — продолжил Лампа.
Кивнул.
— Вот вы сейчас в теле подростка, да даже когда в своём истинном обличье, ненамного старше, — кашлянул парень. — Вас окружают красивые девушки, женщины, но как-то умудряетесь держаться. У меня порой все мысли только… Мешает работать.
Неожиданно. Почти разговор отца и сына, вот только с другой стороны.
