«Уходи, душа! — прозвучал мой собственный голос, но интонации были чужими — более глубокие, властные, с гортанным акцентом. — Я не буду тебя убивать за твой подарок. Теперь это моё тело».
«Ты охренел?» — спросил я. Голоса не было, только мысль, обращённая к захватчику.
Мои губы растянулись в улыбке.
«Уходи, — повторил он, делая отметающий жест моей же рукой. — Твоя оболочка теперь принадлежит мне. Таков закон капища. Считай, что тебе оказана честь».
Попытался вернуться в тело, но встретил сопротивление — плотную стену, не пускающую обратно. Будто дверь захлопнули перед носом и заперли на все замки.
Попробовал снова, вкладывая всю силу воли. Разбежался — метафорически — и ударился о барьер, окружавший моё тело. Отскочил, словно от резиновой стены. Связь с кольцом ослабевала с каждой секундой, истончалась, как нить на ветру. Ещё немного, и я потеряю доступ к своим ресурсам, оружию, зельям.
«Тварь! Он оставил мой источник!»
Воспоминания о демоне вспыхнули в сознании. О той битве, том моменте, когда казалось, что всё потеряно. Никто не смеет забирать моё, никто — ни демон, ни дух, никакая потусторонняя дрянь. Ярость вытеснила беспокойство. Чистая, кристаллизованная ярость, направленная в одну точку.
Душа вспыхнула белым огнём — не метафора, а реальное свечение, видимое в духовном мире, будто кто-то зажёг маленькое солнце. Злость придала сил, обострила восприятие.
Мой захватчик почувствовал изменение. Тело замерло, голова повернулась, глаза сузились, всматриваясь в пространство, где парила моя сущность.
«Сильный дух, — в его голосе проскользнуло что-то похожее на уважение. — Но недостаточно».
Он поднял руку, произнёс несколько слов на каком-то языке.
Я почувствовал, как невидимые цепи обвивают мою сущность. Тяжёлые, холодные, они тянули… куда-то. Прочь от тела, прочь от этого места. В темноту, в пустоту.
«Нет!» — мысленно произнёс.
Из последних сил потянулся к пространственному кольцу. Ещё немного, и связь оборвётся полностью. Нащупал его, зацепился ментальными пальцами, потянул. Кольцо сопротивлялось — впервые за всё время, словно не признавало меня, отторгало чужую волю, пытающуюся им управлять.
«Да твою мать! Это мой артефакт!»
Вложил всю оставшуюся силу в рывок — концентрированную волю против магического сопротивления. Кольцо поддалось.
Диск из него материализовался под телом. Тот самый диск, который получился из Рязанова. Каменный, со странными символами.
Тело — моё тело — дёрнулось, услышав звук. Глаза расширились, будто узнали, что это такое.
Я воспользовался моментом замешательства. Устремился обратно в тело — не через барьер, а сквозь щели в нём. Любая защита имеет слабые места. Дух только-только обосновался, не успел перекрыть все лазейки.
Проскользнул внутрь, как вор в собственный дом. И сразу ощутил присутствие захватчика — холодное, чужеродное, заполняющее каждый уголок сознания.
«Что? — „прозвучал“ удивлённый голос духа. — Как? Откуда?»
Схватил его сущность изнутри — не руками, а волей. Две души в одном теле, борющиеся за контроль. Тянул, выкручивал, пытаясь вытолкнуть захватчика. Борьба была неравной. Дух старше, сильнее, опытнее, его энергия заполняла тело, как кислота.
«Я проигрываю, — осознание пришло с пронзительной ясностью. — Он слишком силён».
Внезапно откуда-то снаружи донеслось пение — высокий, чистый женский голос, словно серебряный колокольчик в ночи. Алтантуяа? Она очнулась?
Магия песни проникала в тело, как лучи солнца сквозь лёд, ослабляя хватку духа, создавая трещины в контроле. Я чувствовал, как его сила тает, уменьшается.
«Шаманка? — удивление отразилось в голосе захватчика. — Как? Она не должна была очнуться…»
Теперь, когда контроль духа ослаб, я мог управлять частью тела. Заставил руку двигаться — медленно, с сопротивлением, словно преодолевая толщу воды. Потянулся к диску, лежащему под нами.
«Демон? — ещё больше удивления, смешанного с первыми нотками страха. — Как? Откуда у тебя метка?»
— От верблюда! — огрызнулся я, продолжая выталкивать его.
Коснулся прохладного камня пальцами. Диск активировался — засветился изнутри сначала слабо, потом всё ярче. По поверхности побежали волны энергии, символы вспыхнули огнём.
Ощутил связь с ним — канал, по которому можно впитать энергию этого места.
«Нет!» — впервые в голосе духа прозвучал настоящий страх.
— Прочь из моего тела! — рыкнул я, прикасаясь к его сущности. Собрал всю волю в кулак и ударил, разрывая последние связи.
Дух с криком отделился от тела. Я увидел его фигуру, теперь бесплотную, полупрозрачную. Она извивалась. Шаманка тем временем продолжала петь. Её слова «звучали» внутри моей головы.
Диск светится, словно он место силы этого капища. Дух закричал. На мгновение всё вокруг залило белым сиянием, стирая очертания предметов, капища, неба. Звон, как от разбитого стекла, пронзил воздух.
Затем — тьма. Абсолютная, бархатная тьма.
Холодные капли на лице — одна, вторая, третья, как первый весенний дождь. Веки дрогнули. Веки… Мои веки. Я снова в своём теле. Полностью.
