Кровь брызнула снова, на этот раз из раны на ноге мага. Затем порез на спине, царапина на шее, глубокая рана на плече. Каждое попадание ослабляло его, заставляло отвлекаться, нарушало концентрацию. Воздушный щит начал терять стабильность. Вихри становились неравномерными, в защите появлялись бреши. Тени немедленно использовали их, проскальзывая всё ближе.
Маг ветра понял, что проигрывает. Его глаза сузились, дыхание участилось. Он собрал последние силы и создал настоящий ураган. Воздушную волну такой мощи, что та отбросила все тени на десятки метров. Земля вокруг него превратилась в выжженный круг, лишённый всякой растительности.
Но этот мощный выброс энергии истощил его. Я видел, как подрагивают руки, как бисеринки пота стекают по лбу. Пятнадцать оставшихся теней снова двинулись к нему. Он не ожидал такой тактики, такой настойчивости. Ещё одна попытка создать защитный вихрь, но теперь воздух слушался его не так охотно.
И тут в бой вступила моя скрытая сила. Духи, которые остались после смерти теней. Бесплотные, полупрозрачные фигуры возникли словно из ниоткуда.
Маг ветра побледнел. Его стихия не действовала на этих созданий. Нельзя разрезать воздухом то, что само является лишь частью потустороннего мира. Духи окружили, проходя через защитные вихри, как сквозь пустоту. Сущности проникли в урода. Маг ветра схватился за голову, пытаясь блокировать эти вторжения.
Тени воспользовались замешательством. Они атаковали одновременно, со всех сторон. Когти вспарывали плоть, клинки из чёрной субстанции пронзали тело. Маг ветра дёрнулся, пытаясь отбиться, но было уже поздно. Он упал на колени, истекая кровью. Пятнадцать оставшихся теней окружили его плотным кольцом, готовые нанести последний удар. Духи отступили, выполнив свою роль.
— Достаточно, — скомандовал я вслух. — Держать, но не убивать.
Тени замерли. Их когти остановились в миллиметрах от горла поверженного мага. Его дыхание было хриплым, прерывистым, взгляд стал затуманенным от боли и истощения.
Из пятидесяти теней осталось лишь пятнадцать, другие были буквально разорваны в труху. Но цена оправдана: маг пятнадцатого ранга побеждён.
Краем глаза я заметил, что на других фронтах битва тоже разворачивается. Голем удерживал генерала, гусеницы опутывали мага льда, а где-то вдалеке раздавался грохот, словно кто-то пробивался сквозь стену.
За спиной прозвучали крики, звуки битвы, грохот брони. Стена, окружающая Магинск, содрогнулась, словно от мощного удара. Пыль посыпалась с верхних блоков, земля под ногами задрожала.
Я обернулся, продолжая контролировать боевые группы на других фронтах. Что-то прорывалось через нашу защиту.
Новый удар сотряс стену. Камни на вершине опасно закачались. Солдаты на укреплениях бросились врассыпную, спасаясь от обвала. Крики усилились, но в них не было панического страха, скорее, удивление и… облегчение?
Часть стены не выдержала и рухнула, поднимая облако пыли и щебня. В образовавшемся проёме появилась фигура. Сначала размытая из-за пыльной завесы, но с каждым шагом становящаяся всё чётче.
Подросток. Лысый, худощавый, с несуразно длинными конечностями.
— Вот же засранец… — выдохнул я с облегчением, узнав своего монстра в человеческом обличье.
— Папа! — закричал он, заметив меня. — Я пришёл!
Пацан спрыгнул с разрушенной стены одним плавным движением. Приземлился мягко, словно весил не больше пёрышка. Его глаза сияли азартом и жаждой битвы.
— Где враги? — оскалился он, демонстрируя зубы.
Я кивнул в сторону мага огня, который всё ещё сдерживал атаки моих бабочек, но постепенно высвобождал всё больше энергии. Температура вокруг повышалась с каждой секундой.
— Он твой, — коротко приказал я.
Ам расплылся в хищной улыбке. Его тело напряглось, словно пружина перед броском. Я видел, как меняется аура. Человеческая оболочка оставалась прежней, но внутри неё разворачивалась настоящая буря энергии.
Маг огня заметил нового противника и направил в его сторону струю пламени — мощную, концентрированную, способную расплавить камень. Ам не стал уклоняться. Он просто выставил ладонь вперёд, и пламя разбилось о невидимую преграду, расходясь во все стороны.
— Слабак, — фыркнул подросток презрительно, и в его голосе проступило рычание водяного медведя.
Воздух вокруг внезапно сгустился, наполнился влагой. Кожа Ама стала влажной, блестящей, словно покрытой тонким слоем воды. Капли поднимались с земли, собирались в ручейки, стекаясь к нему со всех сторон. Кажется, маг огня понял, с кем имеет дело. Его глаза расширились от ужаса. Он попытался усилить пламя, но Ам уже начал своё наступление.
Взмах руки. Водяной хлыст рассёк воздух, оставляя за собой шлейф ледяных кристаллов. Хлыст ударил мага по ногам, заставив потерять равновесие. Второй обвился вокруг его туловища, сковывая движения.
Магия воды и воздуха в исполнении Ама была чем-то большим, чем просто стихийное воздействие. Каждое его движение создавало новые формы, новые проявления силы. Водяные копья, ледяные шипы, туманные щиты — всё переплеталось в смертоносном танце.
