- Можно мне просто куриный салат? - резко спрашиваю я. Уже поздно, время ужина прошло, и я даже не понимаю голодна ли. Но поскольку мы уже здесь, я готова на все что угодно, лишь бы удержать ее от дальнейших расспросов.
- Конечно. - Брэн бросает на меня нерешительный взгляд. - Но ты же знаешь, что это всего лишь голубь, да? Курица только для завершивших.
- И надолго так?
- Хм, я не уверена. Ты же знаешь, как это бывает.
- Конечно, все нормально, - отвечаю я ей. Завершившие всегда получают лучшую еду. А неактивированных, как мы с Люком, кормят объедками, остатками или излишками. Никакой нормальной еды, пока мы тоже не станем завершившими.
- Только чизбургер, - говорит Люк официантке, - спасибо.
- Это не займет много времени. - Она уходит.
- Ого, - говорю я Люку, - ты продолжаешь заказывать их, будто каждый раз ожидаешь почувствовать новый вкус. Это ведь даже не мясо, а просто наполнитель.
- Это не наполнитель. Это … белковый стимулятор роста.
Я смеюсь впервые за весь день:
- Да, хорошо, так себе и говори. Ты видимо собираешься вырастить третий глаз.
- Эй, третий глаз может здорово помочь, когда тебя активируют.
Раздается грохот. Его можно было бы ошибочно принять за раскаты грома или рев глушителя, но живя в таком месте, как Керш, я сразу же узнаю этот звук. Стрельба. И где-то близко.
- Выполнение назначения, - говорит Люк, выглядывая в окно через мое плечо, что подтверждает мою догадку, - прямо через дорогу.
Затаив дыхание, я оборачиваюсь, чтобы увидеть снаружи фигуры двух Альтов. Из-за пуленепробиваемого стекла, они кажутся немного рябыми и едва различимы в туманном свете уличных фонарей, но их движения мне хорошо знакомы, хореографию их шагов видел и раньше каждый житель Керша. Наконец один Альт падает на землю. Другой наклоняется над ним, проверяя признаки жизни. Мне приходит в голову, что их запросто можно принять за влюбленных. Но они не влюбленные. Они Альты. Враги с рождения. И сейчас один из них мертв, и это значит, что выживший завершил назначение. Он уходит вдаль по дороге, оставляя позади детство, сбрасывая с плеч прошлую жизнь, словно тюремную робу.
Вновь обретя способность дышать, я поворачиваюсь к Люку, который всё еще пристально смотрит в окно со странным выражением на лице, совсем несвойственным ему. Все вокруг снова начинают есть и говорить. Официантка приносит заказ столику в углу.
- Эй, пообещай мне кое-что, - выпаливаю я, - если я буду первой и если в конечном итоге я не завершу назначение, ты кое-что для меня сделаешь.
Его взгляд медленно перемещается обратно на меня. Я могу представить сцену, которая разыгрывается в его воображении: теперь это уже не два незнакомых Альта, сражающиеся друг с другом; это друзья со своими Альтами, я с моим, он со своим.
- Обещание? - спрашивает он. Поднимает свой стакан, но не пьет из него, а ставит обратно.
- Когда придет твое назначение, ты не будешь думать ни о чем другом, кроме того, как победить своего Альта. Что ты не будешь отвлекаться ни на что, пока не завершишь назначение.
Легкая улыбка коснулась его рта.
- Ну да, почему бы и нет.
- И ты добьешься всего чего хотели для тебя мама и папа, о чём вы вместе мечтали: поступишь в колледж, найдешь безопасную офисную работу, которую, возможно, будут оплачивать намного выше, чем она того заслуживает; женишься, состаришься, растолстеешь; купишь милый домик где-нибудь в пригороде; заведешь детей, если захочешь.
Люк смеется. На его лице снова привычное выражение.
- Ты сумасшедшая, ты знаешь об этом?
- Ты же этого хочешь, да?
- Я не знаю, - говорит он, пожимая плечами, - наверное, да.
- Так что пообещай мне, что, когда станешь завершившим, ты добьешься всего. - Я говорю всерьез, внезапно кажется важным, чтоб он это знал. Люк настолько хороший брат, насколько это возможно. Он неподдельно мил, не страдает от недостатка мозгов и может быть довольно забавным, когда захочет. Добавьте к этому его рост, привлекательные черты лица, темные глаза и волосы - все при нем. Нужно преодолеть всего одно препятствие.
- Хорошо, хорошо. – Он поднимает руки. – Я постараюсь. Все, кроме ожирения. Но к тебе это тоже относится.
- Ко мне? Выйти замуж, родить детей? – мне тяжеловато представить себя за рамками привычной Вест, увидеть новые грани в знакомых чертах. Средний рост, тощая, глаза, такие же карие, как у Люка, длинные, почти черные волосы. Высокие скулы, круглый подбородок, рот, который часто говорит неподходящие вещи в неподходящее время. Теперь моя очередь пожимать плечами:
- Не думала об этом.
- Нет, я о другом, - говорит Люк, - я имею в виду, чем ты хочешь заниматься. Кем быть. Возможно, продолжишь заниматься живописью.
После его слов, я автоматически опускаю взгляд на свои руки, еще раз проверяя, не осталось ли засохшей краски под ногтями или размазанных чернил между пальцами. Но нет, я неплохо отчистила их сегодня, намного лучше, чем обычно. Видимо, из-за того что было назначено на сегодня, а может, просто не хотела смешивать мечты с реальностью, не знаю. Я сцепила руки: не осмеливаюсь думать о том, чего хочу, пока не завершу назначение.
