– Как на какую?! На все темы будем заниматься. У вас такие странные понятия обо всём, такая дремучесть… Михаил Потапович такое иногда ляпнет, что даже мне стыдно становится. Кто на встрече с послами недавно сказал: «Дарвинизм – это бред сивой кобылы!»? И при чем тут, вообще, кобыла? А ещё кандидат наук. Начинать будем с самого начала, с обезьян, а заканчивать – сегодняшним днем. История, политика, культура, войны и революции, религия, интересы. Всё на свете. Но я проведу только первое занятие. Потом уже по тематикам их будут проводить соответствующие специалисты. У меня времени нет долго с вами заниматься.
– Занятие про обезьян? – переспросил Карпыч.
– И про них тоже! – Шулер вздохнул и посмотрел на часы. – Итак, начнем.
В комнату вошла официантка и направилась к доктору Шулеру.
– Два биг-мага, большой пакет картошки фри, колу холодную, кофе… Нет, кофе не надо, это вредно… – Шулер задумался, – вам что-нибудь принести? – спросил он у притихших учеников.
– Нет, спасибо, – отозвался Михаил Потапович, смущаясь, – мы уже завтракали.
– Хорошо, а я перекушу немного – проголодался уже… Занятиям это не помешает, – добавил он, – я могу есть и говорить одновременно. У вас, кстати, все ругают нашу еду фаст-фуд – и зря! Очень полезно, быстро и вкусно. Мне тут даже пришлось специальный цех в столовой открывать – наши все едят с удовольствием. И ваши начинают привыкать, только пакетики разбрасывают. Надоело уже делать замечания. Даже уборщицы жалуются.
– Они уже не наши, – заключил Михаил Потапович, – они уже давно ваши. Вот пусть и едят. А наши все по деревням сидят, капусту лопают с таком… И мы как-нибудь по старинке… – Карпыч ухмыльнулся, – капуста полезная. Спокон веков её ели, и ничего – все здоровые были… За сотни лет до картошки вашей.
– Капусту с маком? – не понял Шулер. – Это оригинально…
Доктор Шулер встал с кресла и нервно заходил по комнате.
– Вот ты, Майкл, сам и подвел меня сейчас к теме о необходимости проведения занятий с вами. А мы долго обсуждали этот вопрос, проводить с вами занятия или нет? И в каком объеме? Решили, что надо проводить. Необходимо! – он строго посмотрел на обоих, – Дело в том, что Михаил Потапович настолько далёк… – Шулер немного задумался, – Да, чуть не забыл сказать… Принято решение: с сегодняшнего дня называть Михаила Потаповича – Папой! Как шефа.
– Как это?! – Михаил Потапович растерянно смотрел на Шулера. – Для меня это очень непривычно…
– Вот в том-то и дело… Было замечено, что когда ты исполняешь обязанности Папы, и тебя называют Папой, у тебя появляется растерянный вид… Нам со стороны это очень хорошо видно. Но это могут заметить и другие – вот тогда будет скандал. Ты должен привыкнуть и не теряться. Допускаются послабления, но это только тогда, когда ты не в гриме или на специальной работе, не связанной с выполнением прямых функций двойника: в ознакомительных поездках, на занятиях, как сейчас… Но лучше всё равно привыкать. А в гриме – только «Папа»!
– Ты, панимашь, думаешь, что говоришь?! Ты с кем, панимашь, разговариваешь?! В пыль сотру! – громко, голосом Папы, сказал Михаил Потапович, обращаясь к Шулеру.
– Почти напугал, – произнес Шулер немного взволнованно, – молодцы лингвисты, только ты забыл, что не в гриме. А так, действительно, страшно. Даже знакомый запах перегара появился откуда-то! – Шулер стал принюхиваться.
– Как откуда-то?! – переспросил Папа. – Вы же сами дали мне этот дезодорант! – он достал из-под стола изящный небольшой баллончик. – С запахом «чесночно-лукового перегара и тонким ароматом соленых огурцов». Вот я и воспользовался.
– Давал, – недружелюбно проворчал Шулер. Было видно, что этот запах ему не нравится, – ты не очень-то его расходуй – это для публичных встреч, чтобы тебя не заподозрили. Больших денег стоит – во Франции заказывали. У самых известных парфюмеров! – Шулер ухмыльнулся. – Совсем обнаглели капиталисты. Столько денег содрали, – «Эксклюзив», – говорят.
– И напрасно во Франции заказывали, – подал голос Карпыч, – у нас и отечественный есть не хуже. Я как-то купил освежитель воздуха «Весеннее утро» называется, то ли Воронеж, то ли Брянск делает – но запах один в один. И стоит копейки…
– Надо признать, что французские парфюмеры – лучшие в мире. А из вашего дезодоранта прыснешь, и через пять минут запах улетучился. А французский – несколько дней пахнет! – с достоинством сказал Шулер.
