«Хорошо сказано! Загадка для самых крутых умов, а не для таких умишек, как мой… А почему я так низко о себе? Я обязана ПОНЯТЬ суть происходящего, тогда и найду необходимый ключ для решения».
Прежде всего, параллельный мир — это зло или Добро? Виктория вдруг догадалась, какую ошибку совершила с самого начала, посчитав место, где она оказалась, резиденцией тьмы. Параллельный мир не приемлет ни зла, ни Добра. Он просто констатирует факты. А уж как их использовать?..
Виктория вспомнила один из своих первых дней в Организации. Едва она оправилась от болезни, и Светлана повела ее в кабинет похожего на Кащея, лысого, шутовского (или специально превращенного Юрьевой в шута) барона. Его кабинет… Портрет в молодости и прочая ерунда. На столе — два подсвечника и золотой символ в виде повернутого вниз треугольника. Виктория тогда слишком внимательно рассматривала этот символ… Именно СИМВОЛ! Кому служишь, тот и помогает ориентироваться в пути.
Виктория подняла руку и начертила перед собой этот повернутый треугольник.
И сразу ощутила странную вибрацию. Обстановка и лица людей за стеклом исказились, словно при неожиданно возникшем дефекте пленки. Потом — обрыв, и вот — уже новые кадры.
Виктория увидела сауну и трех млеющих от удовольствия голых мужиков. Один из них, весьма солидного возраста, потер красноватый нос и предложил:
— Сыграть вам на саксе, господа?
— Ну ее, эту музыку, — махнул рукой его сосед с простецким лицом, на котором застыло чуть туповатое выражение. — С детства к ней равнодушен. У нас на техасском ранчо были интересы посерьезнее.
— А я люблю музыку, — мечтательно произнес третий, самый молодой, коротко стриженый с темной кожей (будем политкорректны — с афроамериканской кожей. — прим. авт.). — Точно слышу шум барабанов, то мои предки захватили в плен вождя чужого племени, скальпировали его и теперь у них праздник.
— Все равно, хочу что-нибудь повеселее, — завил парень с техасского ранчо. — Поговорим о главном деле?
— О женщинах? — тут же встрепенулся красноносый.
— Другие предложения есть? — подмигнул заводной техасец.
— То есть о наших женах? — спросил афроамериканец.
— Кому нужна твоя жена?
— Мне! Если бы не она, я возглавлял бы не супер-державу, а в лучшем случае племя людоедов в джунглях.
— Начинается! — схватился за голову красноносый. — Моя благоверная всю плешь мне проела по поводу собственной значимости. Все твердит: тянула, тянула тебя за уши, ты же так и остался саксофонистом, точнее — сексофонистом.
— Сексофонист! — расхохотался техасец.
— Хорошо хоть пришла к тебе на работу, — сказал красноносый афроамериканцу. — А то бы запилила до смерти. Всегда был сторонником эмансипации. Чем больше женщина занята делом, тем меньше достает мужа.
— Хватит философии, давай конкретику! — заявил веселый техасский парень. — Конкретика — это сиськи. Любите, господа, женские сиськи?
— Как не любить, — вздохнул красноносый, — «сиськи в тесте — это вкусно…» (известная песня Егора Летова и группы «Гражданская оборона» — прим авт.)
— Подождите! — воскликнул афроамериканец, — так нельзя! У мужчин существует кодекс чести.
— Перед нами не рисуйся, — прервал техасец, — пусть твой двойник с трибуны несет всякую околесицу насчет кодекса чести, моральных ценностей. Мы здесь — свои люди.
— Не спорте, господа, — настаивал красноносый, — не будем уходить от любимой темы. Я исполню для вас одну вещь… Сам сочинил, называется «Ода женской груди».
— Исполняй, — милостиво разрешил парень с техасского ранчо. — Мы с Бананом послушаем и… будем представлять. Вот эта деваха снимает с себя кофточку, а теперь лифчик. Представляешь?
Глаза у того, кого обозвали Бананом, загорелись от восторга, по дрожащему телу было видно: он представил! Виктория закричала через тонированное стекло:
— Сейчас я вам все покажу. Да способны ли рассмотреть, олухи?!
Красноносый саксофонист заиграл приятную мелодию. Музыка выжимала сердце, терзала душу! Хотелось плакать и безумно смеяться. Виктория начала медленно обнажаться, движения казались грациозными и выверенными, как у первоклассной стриптизерши. Но вскоре ей эти игры надоели. Какой смысл наблюдать за развлечением марионеток? Оказывается, даже речи за них произносят копии. Так кто же в действительности копия, а кто оригинал?
Виктория устремилась в безумное путешествие, скакала с одного континента на другой. Она безо всяких стеснений залезла в постель к Мадонне, отобедала с Томом Крузом, узнала о тайных страстях Джека Николсона. Потом дошла очередь до финансовых монстров и монстриков, наикрутейших продюсеров и прочих звезд современности. О, знали бы бесчисленные армии поклонников, насколько скучна жизнь их кумиров, насколько однообразны их интересы. А порочность «избранников судьбы» оказалась столь велика, словно их специально создал порок. Но сейчас эти сильные мира сего были у Виктории как на ладони, даже одна запущенная в Интернет информация могла уничтожить, в крайнем случае, серьезно навредить любому из них.
Виктория торжествующе хохотала!
