- Диктатур идей, повторю, не существует. Но! Их не существует, пока в дело не вмешается психиатрия, а та вмешивается быстро. Она, конечно, бывает полезна. Без серьёзных психических заболеваний трудно противостоять мировому заговору хотя бы из-за его отсутствия. Как перевести государство на военные рельсы, если вам никто не угрожает? Исторические параллели с событиями каменного века не очень убедительны. Поэтому не существует как раз диктатур ценностей, поскольку они, даже возникнув, скоро превращаются в безумную пародию на себя. Кое-где нет карикатуристов, их заменили фотографы.
Он ухмыльнулся, немного помолчал и добавил:
- Правда, я давно сижу на шкафу и не помню, когда видел людей, но мои мысли имеют право на существование как некие абстрактные математические модели. Даже если они неверны, то всё равно как-то реальны. Зачем говорить истину, когда можно сказать что-то более важное? Кстати, ошибка считать, что обществу для забытья необходима демонстративная жестокость. Сильные опасны; сейчас они за тебя, но неизвестно, что придёт им в голову завтра. Лучше по-другому. Порядочный гражданин обязан быть не способен ни на что. Идеальный сон - безмятежный. Тот, кто всю жизнь тихо спал, тоже жил, не так ли? Не здесь ли где-то скрывается счастье? Разве это не понятно? Зачем вам Министр? Чтобы повторить то, что и так знаете? И есть ли он? Желания и знания - взаимосвязаны... желания того, кто создал что-то невероятно сложное, не могут быть столь нелепы и примитивны, как о них говорят. Не выдал ли древний переписчик свои фантазии за чьи-то слова?
Ян покачал головой.
- Я всё же хочу с ним встретиться. Я готов.
- Гм, - сухо проворчал голос. - Однако.
Он молчал с минуту, наверно, размышляя.
- А готов ли он? Найдётся ли у него, что сказать? А если он не существует? Вы думали об этом?
- Много раз, - ответил Ян.- Если он не существует, то возможная встреча со мной не должна его сильно беспокоить. Но надеюсь, что он всё-таки есть, о чём свидетельствует множество странных доказательств.
- Как у вас всё просто! - ворчливо отозвался голос. - Зачем вы ищите простые ответы на сложные вопросы? Образованные люди обычно поступают наоборот. Вы случайно не клерк третьего класса? Нет? Тогда давайте я расскажу поучительную историю.
- Ну, это ясно, - заметил Ян. - Там стояло "ничто", а когда его впустили, оно перестало проявлять себя. "Ничто" часто стучит к нам в двери, особенно с наступлением темноты.
- Вы снова упрощаете, - назидательно ответил голос. - И напрасно. Простые объяснения ненадёжны, одна сомнительная фраза и всё может разрушиться. А достаточно длинное доказательство всегда правдоподобно.
- Но я хочу спросить что-нибудь несложное, - сказал Ян, - например, сколько будет два плюс два.
- Вы думаете, он знает, сколько будет два плюс два? - иронично спросили со шкафа.
- Многие знают, сколько будет два плюс два.
- И вы причисляете себя к ним?
- Да, в какой-то мере.
- А если известен ответ, то зачем спрашивать? Зачем тревожить Министра, даже если он существует?
- Дело в том, что в последнее время случаются события, которые заставляют сомневаться и в очевидном, и поэтому хочется его подтверждения кем-то ещё. Подлинная уверенность основана не на увиденном своими глазами, а на чьём-то авторитетном мнении. Психология - точнейшая из наук, её законы надо соблюдать.
- Так вы говорите, многие заявляют о том, что знают, сколько будет два плюс два? - вновь с сарказмом поинтересовался голос.
- Да, - ответил Ян.
- Глупцы, - проворчали на шкафу. - Жалкие самодовольные глупцы! Я не о вас, конечно. Вы идеалист, а это не всегда синоним глупости. Их ответ - подделка, хотя с ней и проще, чем с настоящим. Настоящие вещи требуют внимания и многое себе позволяют.
Человек опять вздохнул.
- Представьте чёрный ящик. Даже назовём его ящиком фокусника. Два плюс два означает, что в нём лежит два холодных целлулоидных шарика, и мы кладем ещё два. Однако если в ящик что-то попадает, сжимается пружина, и из-за стенки выкатываются другие такие же шарики. Сколько их всего окажется внутри, неизвестно. Но может, вы знаете?
