Именно это мне было нужно? Чтобы кто-то так безжалостно целовал меня? Так хватал за лицо? Кто-то, кто относился к моему телу, как к любимой игрушке?
Так невесту не целуют. Так целуют женщину, которую хочется вжать в кровать, связать и трахнуть.
Я снова смотрю на дверь, но голова отключается, потому что Хейз беспощадно меня целует, сильные руки крепко держат на месте, а щетина оставляет приятное жжение. Я не могу шевельнуться, да и не хочу. Потому что его язык проникает в рот. Рука отпускает попу и начинает поглаживать по всему телу. Краем сознания едва замечаю, как скрипит открывающаяся дверь. Хейз ныряет в меня и покрывает хищными поцелуями, пока мы оба не начинаем задыхаться. Я так возбуждена, что почти не слышу, как закрывается замок.
Но что-то в моем сознании подсказывает обратить на это внимание.
Веки медленно поднимаются. Я чувствую себя зайкой, которую в ночном лесу поймал волк. Пульс взлетает, когда взгляд встречается со взглядом Стефана. Его глаза больше не цвета голубого льда. Они – огонь. Он не сводит с меня взгляда, губы чуть-чуть приоткрываются.
– Выронил ключ-карту от номера, – говорит Стефан, но в голосе нет ни стыда, ни вины.
Хейз оторвался от меня на секунду.
– Как удобно! – бросает он с непроницаемым выражением лица; я чувствую на шее его дыхание. Стефан поворачивается к нам спиной, идет по проходу.
Неужели он и правда здесь просто за ключом? Он даже не смотрит, как Хейз снова начинает покрывать мою шею поцелуями, его щетина приятно царапает кожу. Я смотрю, как Стефан отходит от нас, а пульс скачет от неконтролируемого желания – его покатые плечи и широкая спина, обтянутые рубашкой, форма его задницы, сильной и упругой, такой накачанной, что это должно быть вне закона.
Ну и, конечно, его манера держаться.
Как будто он ничего такого здесь не увидел. Желание вьется в груди, льется к животу, а потом поселяется где-то между ног и сладко тянет. Хейз гладит меня по руке, а я смотрю, как Стефан подбирает карточку с пола и разворачивается к нам.
Улыбка Стефана выдала его игру.
– Ой, только не останавливайтесь ради меня! – Он пожимает плечами. – Я только посмотреть!
У меня перехватывает дыхание! Да! О боже, да!
В глазах Хейза сверкает что-то темное.
– Хочешь этого, Айви? Дадим ему на что посмотреть?
Он убирает прядь моих волос за ухо.
Мне страшно даже рот открыть. Боюсь, что если скажу в этот дикий момент хоть слово, то все рассыплется. Поэтому просто киваю.
Но Хейзу этого мало. Он обхватывает меня жестче, сильнее. Он любит меня заставлять, а мне такое нравится.
– Скажи вслух, или я велю ему уходить.
Его приказ меня возбуждает. Мне хочется подчиниться.
– Смотри на нас. – Я смотрю Стефану в глаза и добавляю: – Смотри на меня.
Он берет стул у самого алтаря, разворачивается и садится лицом к спинке, ставит на нее локти. А его взгляд катится по мне горячей волной. Он машет другу рукой.
– Поцелуй ее снова, Хейз.
О боже. Он говорит Хейзу, что делать. Меня словно пронзает током. Но Хейз меня не целует. Он смотрит на меня осознанным, твердым взглядом.
– Ты пьяна?
– Совсем нет. – Я вышла за него замуж на спор, а не по пьяни. Даже похмелья уже нет. – А ты?
– Трезвый, – говорит он, а потом гладит костяшками мое лицо. – Ты хочешь этого?
Да я ничего так сильно не хотела. За последнюю неделю, пока они меня обхаживали, я много что про себя поняла. И сегодня меня загнали в угол.
Но я научилась играть.
С дразнящей улыбкой я отвечаю:
– Попробуй выяснить.
Хейз гладит мою щеку, ведет вниз по челюсти к шее и обхватывает ее ладонью. Но не чтобы придушить, а чтобы удержать на месте.
Он делает глубокий вдох и наклоняет голову к двери, за которой только что исчез Элвис. Затем снова поворачивается ко мне; его взгляд бегает по моему телу.
– Следующая свадьба через пять минут, – говорит он, и это не предупреждение. Это предложение.
– Тогда пора начинать, Хейз, – говорит Стефан как ни в чем не бывало. – Женщина должна кончить, и быстро.
Хейз отпускает мою шею и приступает к работе: поднимает край юбки, а потом запускает пальцы к ластовице моих трусиков. Таз сам дергается им навстречу. Мне нужно больше. На его красивом лице появилось совершенно дьявольское выражение.
– Ты такая мокрая, мне даже не нужно много времени.
– Какой самоуверенный, – дразню я, но я в плену его прикосновений, и Хейз это знает. Я в плену их приказов.
– Играешь с нами? – говорит Хейз и щипает клитор.
– Да, – отвечаю я, а голос дрожит от острого желания.
– Прижми ее руки к стене, – говорит Стефан, сидящий в нескольких метрах от нас.
Я даже не знаю, как я до сих пор стою на ногах, особенно когда Хейз вдруг говорит Стефану:
– Может, лучше ты?
