Двойное удовольствие полностью

Очень соблазнительный вырез с драпированным воротником на светло-голубой блузке с цветочками.

Я заставляю себя поднять глаза; это не очень сложно – лицо у нее так же прекрасно.

– Я приглашена. В качестве прессы, – резко говорит она. – Чтобы писать об их свадьбе в своем новом блоге и журнале.

– Знаешь, мне все меньше кажется, что ты уволилась в приступе гнева. Выглядит как обдуманное решение.

Она с благодарностью улыбается.

– Вишенка на этом торте с говном – мне придется найти пару на их свадьбу. – Она протяжно выдыхает, будто из нее выходит последний пар, а потом пожимает плечами. – Вот такой вот денек. Потеряла работу и вынуждена искать, кого взять с собой в качестве «плюс один». – Она называет дату свадьбы. – Даже не знаю, что будет сложнее.

И впервые за наш разговор я слышу в ее голосе нотки грусти. Отчаяния даже. Весь предельно обоснованный гнев потух.

Я опускаю взгляд на кнопки лифта и обдумываю ее положение. С работой я помочь не смогу, а вот с проблемой номер два… Пытаюсь вспомнить свое расписание. На этот день игр у меня нет. Что я за человек такой, если не предложу помочь? Бывшая считала меня козлом, но стал бы козел спасать принцессу из замка с драконом в свадебном платье?

Лифт начинает замедляться на ее этаже. Я поворачиваюсь к ней лицом. Она смотрит мне прямо в глаза, а потом снова осматривает все тело.

Наслаждаешься картиной, малышка?

Ее глаза бегают по всем моим достоинствам, а потом она снова поднимает взгляд на мое лицо. Выглядит чуть-чуть виноватой. И это так привлекательно, что я решаюсь:

– Возьми меня.

Возможно, эта фраза выходит слишком приказным тоном, будто мы в постели. Но я об этом не жалею, потому что вижу, как по ее телу пробегает дрожь.

Она приоткрывает рот и замолкает, глаза блестят, а грудь вздымается от быстрого дыхания. Она прикусывает губу и, когда дверь открывается, наконец говорит:

– Хорошо.

– Дай мне свой номер.

Это тоже вышло как приказ. Ей все-таки нравится, ведь мы уже обмениваемся телефонами.

– Я Айви.

– А я Хейз, твой «плюс один», – отвечаю я и отдаю ей коробку.

Она берет ее в руки, а потом выходит из лифта, но прежде чем уйти, поворачивается с хитрой улыбкой.

– Приятно познакомиться, а то я бы так и звала тебя «баклажан», – говорит она и уходит.

А я слишком увлечен ее фигурой, чтобы задуматься над словами. Отмечаю в памяти круглую попу, как она покачивает бедрами, как танцуют волны темных волос по ее спине. Только когда Айви исчезает в своей квартире, я осознаю, что она сказала. Баклажан?

Почему мне кажется, что это что-то значит?

Еще один разочек. Почти… Уже почти. Все.

Я слезаю со стремянки с отверткой в руке и осматриваю светильник над барной стойкой. Медный абажур смотрится хорошо, я молодец. Замок в двери щелкает, и она открывается нараспашку.

Заходит Хейз и стонет:

– Ты все еще здесь?

– Ты имел в виду: «Спасибо тебе за твои золотые руки, как хорошо, что ты не только мастер клюшки, но и всего остального».

– Мечтай. Ты слишком долго возишься. – Хейз заходит в кухню, в руках у него пакет с едой.

– Зато никто не сомневается в моей выносливости. – Я складываю стремянку и прячу ее в кладовке с другими инструментами. – Могу попробовать подрабатывать в ремонте.

– Не споткнись о свое эго.

Я подхожу к столу, не сводя глаз с пакета.

– Пахнет вкусно. Надеюсь, там хватит, чтобы я наелся?

Он улыбается, но в улыбке я читаю «Ты придурок!».

– Ты хоть со мной поделишься?

– Обижаешь! Я люблю с тобой делиться! – говорю я.

Хейз закатывает глаза.

– Ты наешься, я купил для нас обоих.

– Кстати, я заменил батарейки в детекторах дыма в спальне и прикрутил лампу, чтобы не упала тебе на голову, – не благодари. А ведь я не обязан этим заниматься, просто я щедрый.

– Это твоя квартира. Ты буквально обязан этим всем заниматься, – говорит Хейз, вытаскивая контейнеры из пакета.

– Это мелочи, – хлопаю я его по спине. Мы налетаем на вкуснейшие баклажаны и курицу.

Я знаю, что другу нужно выспаться. Он точно волнуется перед знакомством с командой, хоть никогда и не покажет этого. А еще не простит меня, если я прямо спрошу, нервничает ли он. Поэтому, когда с едой покончено, я решаю оставить его одного.

– Мне нужно заглянуть в «Немецкого дога». – Я выбираю самый убедительный повод уйти.

– Спасибо еще раз за квартиру, – говори Хейз.

Я выхожу из дома и, пока иду по улице, фотографирую ночной город. Я часто делал так в Копенгагене, когда мы ездили туда семьей на лето. Жалко, что в Сан-Франциско сейчас нет дождя. Мокрые улицы всегда хорошо получаются на черно-белых фотках. Лужи. Магазин с табличкой «закрыто» в окне.

Я поднимаю глаза к темному небу, но там ни единой тучки. Эх.