Я посмотрела на них обоих – таких разных и таких одинаково обеспокоенных. Мое сердце сжалось от любви к ним, но в то же время меня грызли сомнения. Что, если Саша прав? Что, если я для них – всего лишь часть сделки, игры, развлечения? Я совсем их не знаю.
– Я должна идти, – сказала я и, не дожидаясь ответа, выбежала из зала.
Знала, что они последуют за мной. Но мне нужно было время. Время подумать, понять, что происходит, и решить, что делать дальше.
Выйдя на улицу, быстрым шагом пошла в сторону университета. Обернулась несколько раз перед поворотом, решив срезать путь.
Что я хотела увидеть? Что парни выбегают в надежде догнать меня? Увидеть в их глазах тревогу или… страх? Страх потерять меня или страх, оттого что их игра раскрыта?
Я не знала ответа. И это незнание разрывало меня на части.
Добежала до университета, когда дождь усилился. Сердце бешено колотилось, даже не знаю, от чего больше. От услышанной новости или от бега? Я не хотела верить, но слова Саши звучали слишком правдоподобно.
Возле главного входа столпились студенты, был конец дня, все закончили учебу. Они о чем-то шептались, переглядывались, а когда меня заметили – разговоры стихли. На меня смотрели десятки глаз: кто-то с любопытством, кто-то с осуждением, некоторые даже с сочувствием. Я замедлила шаг, чувствуя, как по спине пробежал холодок. В горле пересохло.
– Это она, – услышала я чей-то шепот.
Ускорила шаг, специально уткнувшись в телефон, снова машинально открыла ту ссылку и остановилась, словно не понимая, что происходит. Мир вокруг меня замер, я только сейчас осознала весь масштаб трагедии.
Фотографии. Порочные. Откровенные. Я, обнаженная, с затуманенным взглядом с Романом, который он был спиной, а потом и другое фото, на котором я с Егором. Не могла больше на это смотреть, заблокировала телефон, сжала до скрипа корпуса в руке.
К горлу подступила тошнота. Я почувствовала головокружение и чуть не упала, но кто-то поддержал меня. Обернувшись, я увидела Лиду.
– Идем отсюда, чего так долго? – прошептала она, обнимая меня за плечи. – Декан ждет тебя в своем кабинете. Ты только не переживай, Рязанова, все наладится, ты ведь отличница.
– Кто это сделал? – спросила я, еле шевеля губами.
– Не знаю, – ответила Лида. – Айтишники уже пытаются всё удалить, но многие успели увидеть.
Аркадий. Конечно. Это мог быть или он, или парни.
Кто же еще мог так меня унизить за то, что я ему отказала? Что за козел! Но как у него оказались эти фотографии? Их делал кто-то из парней – Егор или Роман. Все сводится к ним. Неужели они показывали их кому-то? Делились ими? От этой мысли внутри все перевернулось.
– Юля Рязанова, – раздался голос за моей спиной, – зайдите в мой кабинет.
Я обернулась. Наш декан, Владимир Петрович, смотрел на меня с непроницаемым выражением лица.
– Сейчас же, – добавил он и направился к лестнице.
Я спрятала телефон в карман и пошла за ним. Лида сжала мою руку в знак поддержки, но я почти не почувствовала этого. Меня будто окутал вакуум, отрезав от всех ощущений, кроме боли и стыда.
В кабинете декана я села на стул, глядя в пол. Я не могла поднять глаза, не хотела видеть его осуждающий взгляд.
– Вы понимаете серьезность ситуации? – спросил он, сев за стол.
Я кивнула, все еще не поднимая глаз.
– Эти фотографии… неприемлемы. Они порочат не только вашу репутацию, но и репутацию всего университета. Сайт взломали уже во второй раз за этот год.
– Я не имею к этому никакого отношения, – тихо сказала я. – Это сделал кто-то другой.
– Но на них изображены вы, – он вздохнул. – С двумя… мужчинами. Это правда?
Я молчала. Что я могла ответить? Да, это правда. Я спала с двумя парнями. С двумя парнями, которых, как мне казалось, любила. С двумя парнями, которые, как оказалось, использовали меня.
– Ваше молчание красноречивее слов, – заметил декан. – Учитывая ваши академические успехи, я не стану исключать вас. Но я вынужден объявить вам строгий выговор. И если подобное повторится… Я считаю, что для девушки с вашим умом и способностями можно найти более достойную работу.
Что?
Он решил, что я проститутка? Резко вскинула голову, чувствуя, как лицо заливается краской. Все с того проклятого вечера, когда я потащила Веронику на вечеринку года, пошло наперекосяк в моей жизни. Меня второй раз приняли за проститутку. И кто? Декан университета. Позор.
– Не повторится, – сказала я, впервые подняв на него глаза. – Никогда.
Он кивнул, рассматривая меня.
– Не знаю, что у вас произошло, Рязанова, но я всегда считал вас разумной девушкой.
Я промолчала. Мне нечего было сказать. Мне просто хотелось убежать, спрятаться от всех этих взглядов, от всех этих людей, которые теперь знали о самой постыдной странице моей жизни.
– Вы свободны, – сказал декан. – И я бы рекомендовал вам не появляться на занятиях пару дней, пока все не уляжется.
Я встала и направилась к двери.
– Рязанова, – остановил меня его голос, – наши специалисты уже работают над тем, чтобы удалить все фотографии с сайта. И мы выясним, кто это сделал. Виновный будет наказан.