Саша уже ждал за столиком в углу. Когда я вошла, он помахал рукой, приглашая присоединиться.
– Привет, – сказал он, когда я села напротив. – Спасибо, что пришла.
Я не ответила, просто внимательно посмотрела на него, ожидая объяснений.
– Будешь что-нибудь? – он указал на меню. – Здесь неплохой кофе.
– Давай сразу к делу, – сказала я устало. – Зачем ты хотел встретиться?
Саша вздохнул, опустил глаза.
– Я хотел извиниться. За то, что наговорил тебе неправду.
– О чем именно? – я напряглась.
– О сделке, – он поднял на меня взгляд. – Не было никакой сделки за долг. Терехов никогда не говорил «отдай мне свою девчонку». Это я придумал. Из… из ревности, наверное.
Сердце пропустило удар. Не было сделки? Но это значит… нет, что-то не складывается.
– Почему? – выдохнула я. – Зачем ты соврал?
– Ты мне нравилась, – признался он, опустив голову. – С самого начала. Но ты всегда была… недоступна.
Я молчала, пытаясь переварить услышанное. Никакой сделки. Все это время я верила в ложь, придуманную из ревности?
– Есть кое-что еще, – продолжил Саша, понизив голос. – Фотографии на сайте универа. Это не они. Это Аркадий.
– Аркадий? – я недоверчиво смотрела на него.
– Да, – Саша кивнул. – Он украл их из твоего телефона… точнее, взломал его дистанционно, может, и не он лично, но у Аркаши есть деньги и связи. Я не знаю точно, как он это сделал, но он очень хвастался, что смог достать что-то такое… личное.
– Но зачем? – я никак не могла понять.
– Месть. Ты отказала ему, а он… не из тех, кто прощает отказы, – Саша пожал плечами. – Он так хотел тебя проучить. А когда узнал, что ты с Тереховым и Даниловым…
Пока он говорил, официантка принесла нам меню. Я машинально заказала капучино, Саша – американо.
– Как ты узнал, что это Аркадий? – спросила я, когда официантка ушла.
– Он сам проговорился. По пьяни, – Саша нервно улыбнулся. – Мы были в клубе, он напился и начал хвастаться, какую шутку сыграл с тобой. Как взломал телефон и нашел фотографии. Как анонимно отправил их модератору сайта от имени какого-то преподавателя.
Я слушала, чувствуя, как внутри медленно растет гнев. Аркадий. Значит, это был он. Потому что я отказала ему, не захотела стать еще одной его «победой». Эта сволочь никогда мне не нравилась, я так открыто его презирала, вот он и решил отомстить.
– Но Аркадий сейчас не главное, – Саша смотрел серьезно. – Главное, чтобы ты знала – Терехов и Данилов не имеют к этому отношения. Да, они козлы, что бросили тебя, но они не сливали фотографии.
Его слова звучали искренне, я почти поверила. Но что-то все-таки беспокоило меня, какая-то деталь, которую я не могла уловить.
Принесли кофе. Я сделала глоток, не чувствуя вкуса.
– Почему ты решил мне все это рассказать? – спросила я, внимательно глядя на Сашу. – Почему сейчас?
– Потому что это неправильно, – он встретил мой взгляд. – То, что случилось с тобой. То, что я сделал. Я вижу, как ты страдаешь, и… мне стыдно, что я частично в этом виноват.
Я молчала, не зная, что сказать. Если все это правда – что не было никакой сделки, что фотографии опубликовал Аркадий, – то это значит…
Голова вдруг стала тяжелой, мысли начали путаться. Я моргнула, пытаясь сосредоточиться, но сделать это становилось все труднее.
– С тобой все в порядке? – голос Саши доносился словно сквозь вату.
– Не знаю, – я попыталась встать, но ноги подкосились. – Мне… странно…
– Давай я тебя провожу, – Саша оказался рядом, поддерживая меня за плечи. – Тебе нужен свежий воздух.
Я попыталась отстраниться, но тело не слушалось. Все вокруг начало расплываться, звуки стали приглушенными, искаженными.
– Что… что происходит? – язык едва ворочался.
– Все хорошо, – его голос звучал странно, словно издалека. – Просто расслабься.
Последнее, что я помню – его руку на моей талии, когда он выводил меня из кофейни, и странную улыбку, мелькнувшую на его лице, когда я попыталась оттолкнуть его и не смогла.
А потом – темнота.
Гор
Дождь хлестал по лобовому стеклу, дворники едва справлялись. Все как в тумане – дорога, мысли, выбор. Костяшки пальцев побелели от напряжения, с которым я сжимал руль. На спидометре – сто сорок, хотя на мокрой трассе и девяносто уже опасно.
– Сбавь скорость, – процедил Ром, вцепившись в приборную панель. – Нам ничем не поможет, если разобьемся.
– Заткнись, – ответил резко, но немного ослабил давление на педаль газа.
Внутри все горело.
Если бы не моя тупая шутка про «отдай девчонку», если бы не деньги, которые я, как последний придурок, сунул ей в сумку, если бы не вечное желание выпендриться – ничего бы этого не было.
Юля бы осталась с нами.
– Служба безопасности звонила? – спросил Ром, проверяя телефон.
– Нет, – прорычал я, ударив рукой по рулю. – Что, так сложно пробить геолокацию одного гребаного телефона? У отца половина правительства в друзьях ходит, а найти одну девчонку не могут?
Ром молчал.
Я знал, что он тоже на пределе. Когда мы узнали про ее прошлое, нас обоих как будто вывернуло наизнанку. Представить, через что она прошла… а мы своими выходками сделали все только хуже.