Егор не просто боксирует, каждый шаг выверен до миллиметра, каждый удар находит свою цель. Его соперник – коренастый парень из северного клуба с тяжелым, давящим взглядом, пытается сокрушить Егора напором и силой, но тот неуловим.
Капли пота блестят в свете софитов, мышцы перекатываются под бронзовой кожей, и я ловлю себя на том, что дышу в такт его движениям, словно наши тела связаны невидимой нитью.
– Держи дистанцию, Гор! – голос тренера тонет в реве толпы, растворяется, не достигая цели.
Наши взгляды встречаются. Его глаза находят мои через десятки других, сквозь пространство и шум. Егор подмигивает – мимолетно, с той дерзкой уверенностью, которая заставляет мое сердце пропустить удар, и этот жест, короткий и интимный, предназначен только мне. В следующее мгновение он пропускает удар – скользящий, неопасный, но я вздрагиваю, словно это моя плоть ощутила прикосновение чужих перчаток.
– Гор, твою мать, соберись! – тренер срывает голос.
Егору нельзя отвлекаться. Ни на секунду. Ни на что. Особенно на меня. Но его взгляд, этот мимолетный контакт душ разжигает во мне пламя, и я не в силах отвести глаз. Паршивец.
Сознание предательски ускользает в прошлую ночь, и тело отзывается волной жара, поднимающейся от живота к груди, к щекам. Декабрьский воздух за окнами нашей новой квартиры был пронизан морозом, но внутри, в еще не обжитом пространстве с голыми стенами и минимумом мебели, сплетались наши горячие тела. Только мы втроем, большая кровать, сброшенная одежда вокруг нее и наше дыхание.
Егор начал с голодом и властью одновременно. Его сильные, покрытые мозолями ладони с удивительной нежностью раздвинули мои бедра, и я задрожала в предвкушении.
Язык прошелся вдоль половых губ, дразня клитор, кружа по нему, посылая по телу разряды удовольствия. Мои стоны заполняли пустое пространство квартиры, тело выгибалось навстречу его ласкам. Пальцы путались в волосах, пока Роман целовал меня – глубоко, жадно, его язык сплетался с моим.
Его руки ласкали грудь, пальцы играли с сосками, то едва касаясь, то слегка сжимая, и я растворялась в этом двойном ритме, чувствуя, как волны наслаждения накатывают с нарастающей силой, грозя утопить меня. Егор ускорил движения, его язык стал более настойчивым, и я сорвалась в бездну оргазма, выкрикивая их имена, пока тело содрогалось в сладких конвульсиях.
Но это было лишь начало, с ними всегда так, каждый день.
Жажда близости, полного слияния была невыносимой. Я оседлала Романа, опускаясь на его член, принимая каждый сантиметр, он растягивал меня, принося новое удовольствие. Руки, сильные и уверенные, лежали на моих бедрах, задавая ритм, пока я склонялась к Егору, его член почти касался моих губ.
Я приняла его в рот, двигаясь в унисон с толчками Романа. Егор запрокинул голову, его пальцы в моих волосах поддерживали, и это ощущение власти над обоими мужчинами, возможность дарить им наслаждение и контролировать его воспламеняли меня изнутри. Оргазм накрыл меня снова, я задыхалась от ощущений, в то время как Роман ускорял темп, а Егор напрягся, сдерживая собственное удовольствие.
Пока я, закрыв глаза, отдавалась своему удовольствию, парни уложили меня на бок, Роман собрал с половых губ мои соки, начал втирать в анус, а затем вошел в меня, при этом Гор ласкал клитор и целовал грудь, отвлекая меня от дискомфорта. Я отдалась этому новому ощущению, принимая его полностью, а после уже Егор заполнил мою киску.
Их члены начали двигаться, дыхание смешивалось с моим, руки скользили по моей разгоряченной коже.
– Еще… а-а-а… да-а-а-а…
– Черт, малышка, какая же ты горячая, не протяну долго, – Гор, как всегда, был нетерпелив, он покусывал шею.
– Наша, только наша малышка, – Ром сжимал грудь, облизывал мочку уха.
А я растворялась в них, я принадлежала им без остатка. Внутри закручивался вихрь нового удовольствия.
– Не могу… а-а-а… не могу больше… сильнее… да-а-а-а….
Мы кончили втроем одновременно. Я кричала, теряя себя в калейдоскопе ощущений, а они, выйдя из меня, орошали мою кожу своим семенем. Мы рухнули на матрас, переплетенные, задыхающиеся и абсолютно счастливые.
Реальность возвращается вспышкой ярких огней. Я моргаю, возвращаясь в настоящее. Где-то среди сотен лиц сидит Роман. Его бой был перед Егором, он сокрушил своего противника за два раунда. Теперь, я чувствую это кожей, его взгляд мечется между рингом и мной. Его присутствие ощущается физически, и это придает мне странную, почти мистическую силу.
Гонг возвещает конец первого раунда. Егор возвращается в свой угол, тренер что-то яростно внушает ему, но он лишь кивает, не отрывая от меня глаз. Я улыбаюсь, вкладывая в этот жест всю гамму чувств: веру непоколебимую, любовь безграничную, обещание вечности.
Начинается второй раунд. Соперник бросается на Егора с яростью загнанного зверя, пытается прижать его к канатам, но Егор ускользает, отвечая серией выверенных ударов в корпус. Зал содрогается от восторга.