— А я в том же поклясться не могу! — прервал пламенную речь Данила Юрий. — Из последних сил держусь, чтоб не врезать тебе! И только потому, что пообещал Карине! — выпалил, глядя уже в глаза.
Данил эмоции брата понимал прекрасно. И даже не обиделся бы, если бы прилетело по лицу.
— Так, может, не сдерживай себя? А Карине мы ничего не скажем, — сделал еще шаг вперед.
— Держись подальше от меня и моей семьи! Карина и так много пережила по твоей милости! Хватит! С этого дня исключительно деловые отношения! Так что давай, объявляй, когда всем быть в конференц-зале! Я готов предоставить информацию по своим направлениям! — рявкнул Юрий.
— А я не готов… — выдохнул Данил. — Не могу я… И думать о работе не могу. Какая работа, когда вся жизнь рушится? — с отчаяньем признал, хоть и понимал, что Юре его переживания безразличны уже, вон даже к числу семьи его не относит больше.
— Мне тоже несладко пришлось, но я понимаю, что на мне ответственность за общее дело, за будущее не только мое, но и любимой женщины, и нашего ребенка… Мне некогда страдать и валяться на больничном! Я продолжал работать, с вот этим лицом по объектам ездил! А он, б*дь, думать не мог! — взмахнул руками Юрий.
Данил же стоял и молчал, как двоечник, в очередной раз не выполнивший домашнее задание. Прав Юра, личные драмы не должны влиять на общий результат. Сам это и втирал брату всю жизнь.
— Ладно, сам сегодня проведу совещание, — после глубкого вдоха, немного успокоился Юрий. — Ты, если хочешь, посиди и послушай, вникай потихоньку. Нам послезавтра договора вместе подписывать, так что выходи из комы!
— Спасибо! — поблагодарил Данил, все так же неотрывно глядя на брата.
— Ну, раз ты уже уходишь, скажи там Ирине Андреевне, чтоб собирала всех через час, — отвернулся к окну, якобы что-то читая.
Данил понял, что разговор точно окончен. Да, не ожидал моментального примирения. Но такая тяжесть на душе…
— Прости меня, если сможешь! — искренне, с раскаяньем произнес.
И вышел из кабинета, не увидев, как на его извинения Юрий аж обернулся.
Совещание началось, как в тумане. Слова, цифры, объекты — все чужое, словно впервые слышал. Пришлось прилично напрячь мозг, чтобы вникнуть, сосредоточиться. И, стоит признать, у Данила это неплохо получилось. Даже поймал себя на мысли, что, возможно, у него как раз та ситуация, когда работа может пусть не спасти, но хоть облегчить его душевные терзания. Главное, не позволять себе и на миг переключить мысли на что-то другое.
В таком режиме и жил последующие несколько дней, загрузив себя с головой рабочими вопросами. Правда, работал больше из дома, а еще по объектам мотался, лишь мельком появляясь в офисе. Странное дело, но теперь и это место, которое не один год было вторым домом, воспринималось совсем иначе. Тяжело тут было, неуютно… Да и с братом отношения не улучшались. Общались исключительно по делу, и то редко. Это тоже омрачало обстановку.
А еще сильно подкосило то, что он узнал накануне. Позволил себе слабость — пролистал на телефоне фото Дарьи. И опять так накрыло тоской, необходимостью увидеть ее… Сорвался и поехал к ней. Ну и пусть пошлет его, но он хоть голос услышит… Да вот облом: съехала Дашенька, новые жильцы теперь в ее съемной квартире. И где искать ее? Первым делом подумал о Жанне. Приехал к ее дому, постоял пару часов, но подруга вернулась сама, вернее, не с Дашей, а с каким-то мужиком. Значит, не у нее живет. Решил набрать, но с абонентом связь отсутствует. Ладно, такое и раньше было. Видимо, внесла его в черный список. Купил новую симку, но результат тот же. Выходит, сменила номер.
Придя сегодня утром в офис, запросил личное дело Дарьи, чем явно удивил Дину Валерьевну. Нашел адрес прописки Даши. Мало ли, вдруг к родителям на время поехала или знают что-то? Благо, у них еще остался стационарный телефон. Виктор Семенович быстро номер раздобыл. Данил представился работником банка, в котором Дарья якобы открывала счет и должна получить новую карту. Объяснил, что не получается в ней связаться. Но и тут разочарование: женщина на том конце связи, мама Даши, новый номер дочери не дала, только пообещала сообщить ей о звонке из банка. Да толку?!
Неужели это конец? Не хотелось верить в то, что больше они никогда не увидятся. Но мысли эти невеселые так и крутились в голове, не отступая даже во время подписания контрактов сегодня. Хорошо, что и брат, и юристы присутствовали, да и перепроверено все было давно.
Так, надо все же немного отвлечься, хоть кофе выпить, того и гляди, что-то новое придумает…
Дело близилось к обеду, потому не стал просить секретаря, пусть идет в кафетерий. Решил сделать кофе сам. Да так и застыл у кофемашины с поднятой рукой, не нажав и нужную кнопку. Воспоминания о Дарье сами по себе накатили каким-то бесконтрольным и беспрерывным потоком. Словно отрывки кинофильма, мелькали перед глазами картинки того, как они впервые здесь пили кофе; как разговаривали, смеялись; как потом поехали ужинать…
