Двойные листочки полностью

– Поверь мне. Ты не глупая. И красивая. Очень. Все зрячие люди это подтвердят. Ты же одна из самых красивых девчонок в школе. И на свете! – Он с облегчением увидел, что у Мили дрогнул уголок губ. Пете показалось, что он услышал чьё-то фырканье. Краем глаза он заметил, тёмно-фиолетовую юбку, но отвлекаться было нельзя. Он посмотрел Миле в глаза:

– Низовцев – слепой дурак. Не смей из-за него плакать и расстраиваться. Ну, хочешь, я с ним поговорю?

У Мили расширились глаза.

– Нет! Нет, ни за что, даже не думай, Петя, ни единого слова, ты понял? Иначе я перестану с тобой разговаривать! До конца жизни!

– Ладно, ладно, – Петя поднял ладони. – Но ты только скажи, я за тебя куда угодно, ты же знаешь.

Миля вздохнула и снова перевела взгляд на Ваню:

– Он такой красивый сегодня.

– А ты красивая всегда!

– Почему он меня избегает всё время? Мог бы и прямо сказать, а так… То милый, поддерживает, то даже не смотрит.

– Может, он с Вольской встречается? – спросил Петя нейтральным тоном.

– Нет, он с Вольской точно не встречается, – сказала Миля, кивнув Пете за спину.

Петя обернулся. Вика стояла, прислонившись спиной к стене, а над ней, уперев зелёную руку рядом с её головой, навис Трофимов. Петю изнутри обожгло огнём.

– Странные вы, парни, – тихо проговорила Миля, тяжело вздохнув. Огромным усилием воли Петя оторвал взгляд от ведьмы и Халка и посмотрел на Милю:

– Вы ещё хуже!

Петя сказал это фальшиво-шутливым тоном, хотя больше всего ему сейчас хотелось кому-нибудь врезать. Или что-нибудь сломать. Что-нибудь зелёное… Но сначала он должен развеселить Милю. Поэтому он, не позволяя себе отвлечься, продолжил:

– Вы вот ходите такие красивые и загадочные, а мы погибаем. – Петя приложил ладонь к сердцу и картинно рухнул на Милю, изображая обморок. К счастью, она засмеялась и попыталась слабыми руками оторвать его от себя, но он специально навалился ещё сильнее и не отлипал, пока она не захохотала. –  Так-то лучше, – с улыбкой сказал Петя. Он перевёл взгляд на класс как раз вовремя, чтобы заметить, как за ведьмой и Халком закрылась дверь.

Когда после классного часа и чаепития все одноклассники радостно ломанулись из школы на волю, Ваня пошёл в противоположную сторону и тихо поднялся на третий этаж. Он уже поднял руку, чтобы постучать, но дверь открылась, и они с Яной чуть не столкнулись. Она подскочила от неожиданности и слегка покачнулась. Ваня быстро среагировал и мягко подхватил её под локти, помогая удержать равновесие.

– Господи, граф… Вы опять меня напугали!

Рука Яны оказалась на Ванином плече, а он, придерживая её за локти, пальцами касался талии. Одновременно осознав, что они практически обнимаются, оба сделали шаг назад, увеличивая дистанцию. Яна явно собиралась уходить. Ваня одновременно и огорчился и обрадовался этому. Огорчился, потому что ему нравилось с ней общаться, нравилось пить кофе и болтать о пустяках и о серьёзном. После Дня учителя он частенько к ней заглядывал, приносил булочки и помогал проверять тетради младших классов, это у них стало своего рода традицией. Но сейчас, застав Яну уже в дверях, он был немного рад. Потому что… Её костюм…

Костюм цыганки на весь день лишил Ваню способности думать о чём-либо другом. Ваня пришёл сейчас всего на минутку, по уважительной причине, но был уверен, что, задержись она сегодня, он поддался бы искушению снова остаться с ней в классе. Ваня опасался мыслей, которые проносились бы в его голове, пока она будет сидеть перед ним в этих шуршащих юбках и… с открытыми плечами. Ваня весь урок не мог отвести взгляд от её плеч, от красивого изгиба ключиц и от её помады. Чёртовой красной помады. Как вообще можно так круто выглядеть, работая учителем? Ваня одновременно возмущался её видом и пожирал глазами. Его бесило, что она учитель, а не просто девушка, которую он встретил на улице. Бесили взгляды других парней, бесило то, как мило она разговаривала с ними сегодня, бесили комплименты Певцова и Трофимова, бесило, что они оба были достаточно смелыми, чтобы вот так запросто сказать ей, какая она красивая. Ваня весь день жалел, что так и не сказал ничего, но каждый раз, когда собирался, воздух исчезал из лёгких, не позволяя выдавить ничего членораздельного. Вот и сейчас Ваня просто смотрел на Яну. И на чёртову красную помаду.

– Дорогой граф, чем я могу вам помочь? – промурлыкала Яна и даже шутливо присела перед ним в реверансе.

У Вани свело горло, но он нашёл в себе силы подыграть ей, учтиво поклонился в ответ и сказал:

– Моё почтение, сударыня. Я пришёл просить вашего позволения забрать один пыльный жёлтый инструмент к себе в имение.

Яна хихикнула и отошла от двери, чтобы Ваня мог зайти.

– Конечно, забирайте, ваш инструмент вас ждёт. И запылиться он ещё не успел, я за этим следила.

Ваня с улыбкой прошёл в класс, снял гитару со шкафов и забросил на плечо.

– Простите, граф, но ваш образ немного поплыл, – засмеялась Яна.

– Увы. – Ваня оттянул воротничок рубашки. – Ещё несколько минут, и граф превратится в тыкву.

– Аналогично. – Яна пошуршала юбкой.