Круглый стол из черного камня стоял в центре, а самый большой участок непрерывной серой каменной стены был покрыт огромной картой нашего мира. На ней были отметки, флажки и кнопки, но я не могла понять, по какой причине мой взгляд привлекли окна по всей комнате — их было так много, что я почувствовала себя свободной, способной дышать. Идеальный дом для Высшего Лорда, благословленного крыльями.
Рис подошел к столу, где была раскрыта еще одна карта, фигурки стояли на ее поверхности. Карта Прифиaна и Хайберна.
Каждый Двор на нашей земле был отмечен наряду с деревнями, городами, реками и проходящими горами. Каждый Двор… кроме Ночного Двора.
Обширная территория на севере была абсолютно пустой. Не было запечатлено никакой горной цепи. Странно, вероятнее всего, часть плана, которого я не могла понять.
Я увидела, что Рис наблюдает за мной — достаточно поднятые брови свидетельствовали о том, чтобы я заткнулась и не задавала вопроса, который уже начал формироваться в голове.
— Нечего спросить?
— Нет.
Кошачья улыбка танцевала у него на губах, но Рис указал подбородком на карту на стене.
— Что ты видишь?
— Это какой-то особый способ заставить меня не бросать уроки чтения? — Я действительно не могла разобрать ничего, что было написано, только формы. Как например Стена, ее огромная линия делила наш мир пополам.
— Скажи мне, что ты видишь.
— Мир поделенный надвое.
— И ты думаешь, что все так и должно оставаться?
Я повернула голову к нему.
— Моя семья, — я запнулась на слове. Я не должна была упоминать, что у меня есть семья, о которой я забочусь..
— Твоя человеческая семья, — закончил Рис, — если Стена падет, их это коснется в первую очередь, верно? Так близко к границе … Им повезет, если они укроются за океаном до того, как это произойдет.
— А это
Рисанд не отводил взгляд.
— Возможно.
— Почему?
— Потому что приближается война, Фейра.
Это слово пронзило меня, от него стыла кровь.
— Только не нападай, — выдохнула я. Ради этого я встану на колени. Я поползу на коленях, если придётся.
— Прошу тебя, не нападай.
Рис поднял голову, сжав губы.
— Даже после всего, ты в самом деле считаешь меня монстром.
— Пожалуйста, — выдохнула я. — Они беззащитны, у них нет ни единого шанса.
— Я не собираюсь захватывать земли смертных, — очень тихо сказал он.
Я ждала, что он продолжит, радуясь просторной комнате и свежему воздуху, когда вдруг земля начала уходить у меня из-под ног.
— Подними свой проклятый щит, — прорычал он.
Внутри себя я обнаружила, что моя невидимая стена в очередной раз пала. Но я была такой уставшей, и если война действительно неизбежна, если моя семья…
— Щит.
Его резкий приказ — голос Высшего Лорда Ночного Двора — заставил меня собраться, и мой измученный разум начал возводить стену кирпичик за кирпичиком.
Он заговорил, лишь когда стена скрыла мои мысли, а его взгляд немного смягчился.
— Ты действительно полагала, что все закончится после победы над Амарантой?
— Тамлин не говорил…
А с чего он должен был говорить мне? Но было так много патрулей, так много собраний, на которых мне не было дозволено присутствовать, такая… напряженность. Он должен был знать. Я обязана спросить его — потребовать ответа, почему он не сказал мне.
— Король Хайберна планировал кампанию по возвращению себе земель к югу от Стены более сотни лет, — сказал Рис. — Амаранта была экспериментом — сорока девятилетним экспериментом, чтобы понять, как долго территория может находиться под руководством одного из его командиров, и как легко она может пасть.
Для бессмертного сорок девять лет было ничто. Я не была бы удивлена, если бы услышала, что он планировал все это на протяжении столетия.
— Он атакует Прифиан первым?
— Прифиан, — сказал Рис, указывая на карте, лежавшей на столе, на огромный остров, — это единственное, что отделяет Короля Хайберна от континента. Он намерен вернуть людские земли и наверняка также завладеть владениями Фэ. Если кто-нибудь и перехватит его флот прежде, чем он достигнет континента, то это будем мы.
Я села в одно из кресел, мои ноги дрожали так сильно, что едва могла стоять.
— Он будет искать способ устранить Прифиан быстро и основательно, — продолжил Рис. — И в какой-то момент он уничтожит Стену. В ней уже есть дыры, которые, к счастью, достаточно малы для пересечения границы его армией. Он захочет разрушить ее и, вероятно, воспользуется нашей паникой для достижений своей цели.
Каждый вздох был подобен глотку стекла.
— Когда… Когда он намерен атаковать?
На протяжении пяти веков Стена была устойчивой, и даже тогда те проклятые дыры позволяли самым гнусным, прожорливым чудовищам Фэ проникать через нее и охотиться на людей. Без этой Стены, если Хайберн действительно готовился к нападению на мир людей… Я пожалела, что так плотно позавтракала.
— В этом-то и вопрос, — сказал он, — и причина, почему я привел тебя сюда.
Я подняла голову, чтобы встретиться с его взглядом. Его лицо было осуновшимся, но спокойным.
