Леди не унывала, а мне уже начинало надоедать это бессмысленное брожение. Возможно, кому-то и по вкусу данный род занятий, но только не мне.
— Может быть, тогда пойти в другое место? — предложил я.
— Смысла нет, ваше сиятельство, поверьте. Артефакты могут находиться вот за тем пригорком или в том овраге. Нет никаких гарантий, что в другом месте лучше. Скорее всего, просто потеряем время. Если начали прочёсывать участок, надо доводить дело до конца.
— Надо-то надо, только вечереет уже.
— А это не страшно. Я же палатку взяла. Заночуем здесь. Один будет спать, другой сторожить. Простите, ваше сиятельство, но вам тоже придётся поучаствовать. Если буду всю ночь бодрствовать, боюсь, завтра и у себя под ногой артефакт не найду.
— Посторожу, если нужно, — буркнул я, недовольный нулевым результатом нашей сегодняшней работы.
Мы поискали за бугром и в овраге, но ни там, ни там ничего не нашли. А тем временем сумерки сгущались. В лесу стало совсем темно. Побродив ещё немного, мы поставили палатку и поужинали взятыми с собой консервами. Еды оставалось на один день, а потом придётся возвращаться к машине.
Леди спала первой, а я караулил, расхаживая вокруг палатки с включённым фонариком. В ночном лесу раздавались треск сухих сучьев и шорох мёртвой листвы. Тенебрисы были повсюду. Они не нападали, но я знал, что эти твари близко, наблюдают и выжидают. Луч фонаря то и дело вырывал из темноты чёрные силуэты.
Скуки ради я даже начал расстреливать тенебрисов сгустками. Не всегда удавалось посылать снаряды точно в цель, чаще всего они цеплялись за стволы и ветки деревьев, но несколько раз у меня получилось поразить шатающихся вокруг монстров. Штук десять перебил, расчистив территорию близ палатки, а заодно развлёкся.
Настало время будить Леди.
— Не страшно было, ваше сиятельство? — стала подтрунивать надо мной охранница, выбравшись из палатки.
— Ни капли. Меня вся эта мелочь уже давно не пугает, — зевнул я.
— А я помню, когда первый раз пришлось заночевать в области тьмы, чуть не обделалась.
— Да, многим поначалу бывает страшно. Главное, сейчас не обделайся, — усмехнулся я.
— Обижаете, ваше сиятельство. Сколько у меня уже таких ночёвок было.
— Вот и славно. Значит, сторожи. А я пойду спать.
Я забрался под брезент палатки, завалился на нагретый походный коврик и, слушая звуки ночного леса, почти моментально отключился.
Следующий день начался с завтрака, а потом мы продолжили бессмысленно бродить по мёртвому лесу.
Часа через полтора вышли на полянку, и вдруг «светодиод» в руках у Леди слабо засветился с левого края. Это значило, неподалёку, шагах в семидесяти-восьмидесяти лежит артефакт.
Вокруг была высокая сухая трава, перемежающаяся скелетами кустов и редких деревьев. И вот здесь в этом всём нам предстояло найти мелкий булыжник…
Нашли. Нашли на удивление быстро. В траве валялся бесцветный камень, похожий на не огранённый алмаз величиной с детский кулачок. Я поднял его повертел в руке — обычная стекляшка.
— Во! Первая находка, — обрадовалась Леди, которая до сих пор не утратила оптимизма. — Тоже деньги, как-никак. За такой, глядишь, тысчонку можно выручить.
— Я пятьсот рублей отдал только для того, чтобы мы сюда заехали, — скептически заметил я.
— А я вам говорила, с первым камнем всё отобьётся.
Я хмыкнул и покачал головой. Леди упаковала камешек в фольгу, чтобы на него не реагировал прибор, и мы двинулись дальше. Но не прошли и пятидесяти шагов, как «светодиод» снова опять замерцал.
— Я же говорила! — воскликнула охранница. — Удача улыбнулась нам, ваше сиятельство! Думаю, мы нашли очень хорошее место. Теперь, главное, быть осторожнее. Мало ли какая гадость попадётся.
Следующий камень найти оказалось ещё проще. Это была ледышка, вокруг которой замёрзли земля и трава. Поднеся к ней руку, я ощутил холод. Морозный артефакт оказался не таким сильным, как первый. Специальная фольга из сплава алюминия, рубрумита и серебра легко нейтрализовала магическую силу предмета, и тот отправился в мой рюкзак.
«Светодиод» продолжал светиться, причём достаточно ярко. Он указывал на следующий артефакт. На это раз попался рассеиватель. Он тоже был величиной с кулачок трёхлетнего ребёнка, но даже такой, по заверениями Леди, у скупщиков стоил тысяч десять. Недалеко от него лежал ещё один рассеиватель, но уже покрупнее, с кулак взрослого человека.
А потом опять пустота. Мы часа три прочёсывали поляну, но больше ничего не нашли. Затем углубились в лес. И вдруг до нашего слуха донеслись голоса.
Мы остановились. Я стал всматриваться в прогалы между деревьев и вслушиваться в доносящиеся с той стороны звуки.
— Похоже, мы тут не одни, — шепнула Леди. — Ваше сиятельство, предлагаю пойти отсюда подальше.
— Полностью согласен.
Мы побрели обратно, выбрались из леса и пошли по тропе, протоптанной нами же в высокой траве.
