От ментов мы все-таки ушли, и я их по этому поводу не осуждаю. Мы ехали так и по таким... местам (сказать 'дороги' - язык не поворачивается), как и где может ехать только очень пьяный водитель. Потом у машины заклинило простреленный двигатель, мы вылезли из нее, и пошли пешком. Какие бы пьяные мы не были, у обоих хватило ума не идти к себе домой. И я притащил Томаса к Ленке. Тут мне, конечно, хвастаться нечем - протрезвев, я с трудом сдерживался от того, чтобы не попросить у Томаса 'Узи' и пару-тройку раз не прострелить себе мозги очередью - может, со свинцом немного ума войдет? Но Ленка оказалась молодцом. Если раньше она мне просто нравилась, то с тех пор я ее реально зауважал. Представьте себе, что к вам во втором часу ночи вваливаются два пьяных в дымину человека, один из которых - просто знакомый, но пятна крови на его белой куртке трудно с чем-то спутать, а второй - совсем незнакомый, зато с 'Узи' в руках. Каково, а? И чем я думал, спрашивается?
А Ленка как будто нам даже обрадовалась. Сначала, правда, порывалась меня раздеть и встревожено приставала с вопросом, не ранен ли я. Потом, видя, что умирать я не собираюсь и кровавых следов не оставляю, повеселела, усадила нас в кухне, сообразила нам крепкого чаю с лимоном и до самого утра слушала наши пьяные бредни. Ой, что я ей тогда наговорил... Помню смутно, но того, чего помню, достаточно, чтобы не пытаться вспоминать остальное.
Когда рассвело, Томас сходил в ванну, умылся, потом вернулся в кухню, пал перед Ленкой на колени и сообщил ей, что если я окажусь таким дураком, что однажды ее брошу, то пусть она немедленно едет к нему. И уж он добудет ей всё, чего она захочет. Потом пожал мне руку, сообщил, что я был прав, и уехал - в Сибирь. Искать свою 'широкобедрую и статную'. Я же час извинялся перед Леной всеми способами, до которых смог додуматься. Уверил напоследок, что подобное больше никогда не повторится; еще раз объяснил, сколь велика степень моей умственной деградации, и собрался уходить.
А она мне сказала: 'Суббота же. Оставайся'.
И я остался.
Так началась моя двойная жизнь. Не то, чтобы я боялся признаться в своих сверхъестественных способностях - вот еще! Меня всегда бесили тупые сценарии фильмов о супергероях - как они перед своими девушками корчат из себя полных придурков. Дело в другом. Было у меня опасение (переходящее в уверенность) что Лена моего способа зарабатывать на жизнь не одобрит. Я пару раз заводил с ней разговор на тему преступлений и наказаний. Увы, позиция Шарапова ей была намного ближе, чем позиция Жеглова. И была она абсолютно уверена, что даже самого отъявленного убийцу нельзя отправлять на тот свет, не предоставив ему адвоката и не обеспечив честного суда. Как по-моему - так это просто наивно. Убийцам такой подход только на руку - они подкупают или запугивают судей, ржут над наивными ревнителями закона и продолжают убивать людей. А вот если бы каждый знал, что наказание неотвратимо, то преступлений бы поуменьшилось. И это, кстати, не пустые слова, совсем даже наоборот. У меня однажды даже напряг с финансами по этому поводу образовался - гопники кончились! Меньше, чем за полгода. Сейчас поблизости гопника просто не найти - надо ехать черт-те куда и шляться там полночи, прежде чем кто-нибудь, наконец, закурить попросит. Причем прикуришь его, так он, чаще всего, поблагодарит и уйдет. Или вот иду, и, например, вижу характерную компанию парней в спортивных костюмах и с пивом в руках. Подойду, спрошу: 'Не знаете, где улица такая-то?'. 'Не знаем', - говорят. Или, иногда даже: 'Извините, не знаем'. А порой так вообще - объясняют, как пройти, или проехать, хотя я обычно от балды название улицы спрашиваю. Полугода не прошло!
Нет, я, конечно, рад, но что мне теперь - на работу устраиваться? В общем, пришлось немного перепрофилироваться. Хотя, с другой стороны, и к лучшему, что любителей гоп-стопа на улицах сильно поубавилось - и не только потому, что честным людям спокойнее стало. Просто не такое уж прибыльное это дело оказалось - грабителей грабить. С самым первым это мне просто повезло, и то, учитывая дальнейшее развитие событий - не очень. А так у среднего гопника оказывалось при себе рублей пятьсот-тысячу, не больше. Иногда и вообще - полный ноль. Поскольку брал я только наличность, телефоны и украшения не трогал, то работа у меня выходила совсем низкооплачиваемая, и, если бы не редкие удачные случаи в виде преступников покрупнее, то вообще выходило, что менеджером работать прибыльнее. И, приняв во внимание все аспекты, я решил переключиться на пушеров. А что - гады они, пожалуй, похуже, чем гопники - те только деньги с мобилами отбирают, да по роже навешать могут, а торговец наркотиками - всю жизнь человеку искалечит и не почешется. И деньги у них наверняка водятся.
