Экран гиперпривода мигнул, растаял. Я очистил главный экран, вызывая блок памяти. «Когти горропы! Если понадобиться, я и сам прекрасно составлю новую карту. А лучший способ бороться с искушением – не давать ему возникнуть». Я приказал удалить из памяти все маршрутные карты с точкой выхода в Империи. Ядро на пару секунд задумалось, сообщило, что найдено восемь карт, потребовало подтверждения – навигационная информация всегда и везде проходило по разряду «крайне важной». И защищалась соответственно. Я протянул руку к матрице, чтобы дать это подтверждение, когда яростно взвыл зуммер тревоги.
Тело мгновенно налилось тяжестью, рука больно ударилась об подлокотник – я не ждал появления гравитации и не успел среагировать. Все экраны пропали – и снова появились, очищенные от всего, чем я пытался занять себя: ядро самостоятельно прервало операции, которые, по его мнению, были не существенны. В том числе, и процесс уничтожения маршрутных карт.
Я выпрямился в кресле, потер ушибленную руку… и в один миг все вылетело из головы. Ядро перешло в боевой режим! То есть…
Зуммер взревел вторично почти одновременно с распахнувшимся экраном гиперсвязи. Зонд из системы – я нашел на карте пульсирующую точку – вышел на связь, передавая собранные данные. Но я же помнил формулировку задания. Зонд выходит на связь…
– …если найдет что-то необычное! – вслух прошептал я. – Будь я проклят…
«ФИКСИРУЕТСЯ ДВА УСТОЙЧИВЫХ СКАНИРУЮЩИХ ЛУЧА, – побежали строки по главному экрану; экран гиперсвязи ядро погасило, посчитав эти новости второстепенными. Я, естественно, мог снова его вызвать в любой момент, но сперва следовало разобраться с тем, что у меня под носом. – ПАРАМЕТРЫ ЛУЧЕЙ СОВПАДАЮТ С АРХИВНЫМИ ДАННЫМИ ДЛЯ КОСМОЛЕТОВ КОНФЕДЕРАЦИИ. АНАЛИЗ ОПЕРАТИВНОЙ ОБСТАНОВКИ…»
Текст переместился на вспомогательный дисплей; на главном экране появилась схема астероидного облака. Красная звездочка обозначила меня, чуть впереди в серой полосе поля задрожало зеленое пятно. Тонкая линия очертила широкую сферу вокруг этого пятна.
«Выходит – люди!..» – я до боли закусил губу. То, что я считал невероятной версией, прямо на глазах обретало доказательства. Человеческие корабли здесь. В астероидных полях. И я ни за что не поверю, что они очутились как раз в том месте, где дрейфовал я, по чистой случайности. Меня ждали – а значит, или здесь, или в предыдущих системах я не заметил наблюдения.
Время, тоскливо тянущееся во время дежурств, теперь припустилось вскачь бешеным галопом. Ядро – понятно – не знало, какие именно и сколько кораблей прячутся среди астероидов, но, взяв усредненные данные, выстроило рабочую модель. Зеленая сфера – зона безусловного перехвата: если я пересеку ее границу, за время, требуемое на торможение обычными способами, смену курса и новый разгон, противник уже наберет боевую скорость и выйдет на дистанцию атаки.
– Продолжать анализ! – голос как-то сам по себе приобрел командные интонации, словно я вновь стоял на мостке «Буксреда Килрач» и вел дивизии Империи к победам. Я скрипнул зубами, выругавшись про себя: нашел время! – Минимизировать эмиссионый фон.
До вхождения в зону перехвата оставалось все меньше и меньше времени – и, соответственно, истекало время на принятие нужных решений. До сих пор люди ничем не проявили себя – значит, еще думают, что я не знаю про них. Сигнал по гиперсвязи они или проигнорировали, или не заметили – и, если там только космолеты, в этом нет ничего удивительного.
Ни наши, ни, насколько я знал, человеческие космолеты не оснащались лишними системами: во-первых, трудности со свободным объемом, а во-вторых, космолеты предназначались для совсем других задач. И в этом я имел очень большое преимущество перед людьми – аппаратура на моем корабле была очень мощная. Я запросил у ядра точные данные по сканирующему лучу – и увидел именно то, что ожидал: люди заглушили сканеры, ведя меня на пределе чувствительности собственных приборов. На любой другом корабле подобного класса я никак не мог обнаружить наблюдения. Я представил себе, с каким удивлением люди изучали очертания моего корабля: вряд ли они сказали что-либо полезное, кроме места постройки. Стражи Небес проектировали разведчик для Внешних Территорий, а не для зон конфликта, и потому с первого взгляда было ясно, что его создали в Империи.
Ядро проинформировало меня о быстром и очень слабом сигнале. Это не было ни переговорами, ни передачей информации – скорее, условным знаком для кого-то еще. И этот «кто-то» не замедлил отреагировать: сканеры сообщили о возмущении в гиперпространстве – еще одна вещь, которой мне не полагалось замечать.
И мирно, спокойно лететь прямо в ловушку.
Я откинулся в кресле, переводя дыхание. Глубоко вздохнул, гоня напряжение прочь. Через пару минут мне потребуется все выдержка, все силы – но не раньше.
