- Вот он и наступил, этот крайний случай.
Вечером того же дня я позвонил родителям. Узнал от отца, что молодые уже выехали и по всей видимости завтра будут дома.
- А ты что решил? Подъедешь? – спросил отец.
- Конечно, но не один, с невестой. Вот так следом за Федором и прикачу.
- На своей машине?
- Само собой. Очень уж хочу увидеть племяшей. Ну и вам показать молодую.
- Ждем, сынок, с нетерпением, - перехватила у отца трубку мама.
Я взял у своих клиентов на несколько дней отпуск и предупредил о своем отсутствии Батищева и Пахомыча. Сторож решил мне на дорожку сосватать свежей крольчатины.
- Никакого отказа не принимаю. Готовлю парочку тушек к твоему отъезду. Не боись, все обработаю по уму. Чтоб меня за столом добрым словом вспоминали, - тарахтел в трубку Пахомыч. – А родителям скажешь, что от корней крестьянских не отрываешься. И вот имеешь свое хозяйство.
В тот же день Кондратий Пахомович привез мне пару свежеобработанных тушек. А на следующий мы выехали. По дороге нас застала гроза и по-майски жадный ливень. Впрочем, гроза продержалась недолго.
- Это к счастью, - заключила сияющая от радости Анюта. Кажется она всерьез в деталях приготовилась к встрече. Легкий брючный костюм, макияж, прическа. «И то верно – родители – это святое», - подумал я, откровенно любуясь подругой.
- Кстати, мужчина, потом вам предстоит еще и ответственный шаг, - завоображала Анюта.
- Да знаю, я знаю. Просить руки у родителей дочери, - поощрил я ее. – Ну я готов. Мне после Афгана ничего уже не страшно. Я даже и мэром могу стать. Ты хочешь, чтоб у тебя муж был мэром?
Тут Анюта как-то потупилась и глаза ее внезапно заполнились слезами.
- Я боюсь, Апраксин, - прошептала она. – Тревожно мне что-то.
В деревню мы приехали под вечер – солнце уже безо всякой задержки валило к горизонту и плотный за Доном перелесок барахтался в воде буровато-зеленым плюшем. Здесь тоже днем пробежала галопом гроза, и от реки пряно тянуло настоянной на травах свежестью.
- Красиво тут у вас, - глядя на открывшийся простор, сказала Анюта. – А воздух, как говорят, хоть на хлеб намазывай. Счастливый ты, Апраксин. Родиться в таком месте?! Представляю, какое у тебя было детство?
- Согласен – природа, речка… Но в детстве, что главное? Свобода! Хотя знаешь, мы с братцем не сильно ею злоупотребляли. Нас родители держали в крепкой узде. Особенно отец. Домашнее хозяйство… Хлопоты.
- Отец-то порол? – рассмеялась Анюта.
- Меня нет, а братца было. Но нам, пацанам, достаточно было одного его взгляда.
