Я уже заканчивал встречу с работниками автобазы, когда в зале появился Батищев. Я только взглянул на него и сразу понял: «Что-то случилось». На все наши мероприятия во второй половине кампании Руслан ездил редко. Да и не было в этом необходимости – Ашот и Фрося - вполне достаточно. Длинный шлейф имиджмейкеров и воздыхателей позволял себе только Глава.
Я наскоро попрощался с людьми и почти сбежал со сцены. «Что-то с Аней», – так и стрельнуло в мозг.
- Только что звонил в штаб какой-то мужик с вашей дачи, сказал, чтоб забрали твою жену, - ошарашил меня Руслан.
- Анюту?! – удивился я. Колкий озноб так и пробежал по телу. – Она жива?
- Ты что, капитан?! Конечно, жива, - спокойно ответил Руслан.
Тут подошла Ефросинья Карловна, спросила настороженно:
- Что случилось, Руслан Георгиевич?
- Ничего. Все потом. Нам надо срочно отъехать. По делу. Ашот вас довезет в штаб. Встречи на сегодня отменить.
Тут Фрося взглянула на меня и едва молвила:
- Понимаю…
- Каким боком Анюта оказалась на даче? И разговора такого не было, - сокрушался я, пока Батищев, ловко лавируя по груженому в полуденный час центру, выгонял машину на загородное шоссе.
- Да успокойся ты, не бери в голову. Хорошая погодка стоит. Вот и решила барышня свежим воздухом подышать. Вызвала такси, - пытался утешить меня Руслан. – А может и звонила. Тебя-то нет.
- Не предупредив меня? Это на нее не похоже. Восьмой месяц беременности, тряска. Представляешь, что может быть?
- Ну, давай фантазируй, доктор. Раньше крестьянские бабы до упора в поле работали. Бывало, и рожали там же.
- Меня-то не агитируй, - едва ли не психанул я.
- А ты не думай, хрен знает о чем. Сказали забрать просто домой, а не куда-то еще…
Впрочем, разговоры не мешали Руслану удерживать стрелку спидометра на отметке «сто» и я уловил себя на том, что даже не заметил, как мы оказались за городом. «А если это акт мести?» - вдруг вспомнил я качков под стволом.
- И давай, капитан, без крайностей, - пытаясь изо всех сил убрать из глаз тревогу, торопился утешить меня Руслан.
- Ты знаешь, а это может быть и месть, - проговорил я. – В прошлое воскресенье на меня на даче напали, уроды. Предлагали мне подписать бумагу на отречение.
- Нет, ты это серьезно? На снятие кандидатуры? – в глазах Руслана изумление переплавилось в гнев. Он крепко выругался. – И ты об этом никому ни слова?! Ну, ладно Фрося, она-то уж коробочку откроет, но мне… такой факт? Ты что?!
-… Да сам я разобрался с ними. На колени поставил.
