Они постояли немного, наблюдая за рыбацкими лодками. Затем, не говоря ни слова, повернули назад. В доме уже погасили огни, терраса опустела. На подоконнике горела всего одна свеча.
– Знаете, я каждую ночь молюсь о том офицере, которого застрелил, – вдруг вымолвил Ли.
Роджер глубоко вздохнул, почувствовав укол в сердце. Он сам хоть раз помолился о Лиллингтоне или о Бабле?
– Я тоже помолюсь.
– Спасибо, – еле слышно сказал Ли.
Усевшись на ступеньки, они смахнули песок со ступней. Дверь дома распахнулась.
– Мистер Маккензи? – произнес преподобный Макмиллан, и что-то в его голосе заставило Роджера вскочить на ноги. – За вами пришли.
Роджер узнал фигуру, маячившую в тени за плечом преподобного. Джейми Фрэзер – бледный, как полотно.
– Он увез Брианну, – выпалил Джейми без лишних объяснений. – Идем.
За дверью бегали туда-сюда. До Брианны доносились приглушенные голоса, но слов было не разобрать. Она слышала довольные мужские возгласы и пронзительные женские визги в ответ.
В окно каюты – как называются окна на корабле, вдруг подумалось ей, есть ли специальный морской термин? – виднелся кусочек кормы.
Сморщившись от отвращения, Брианна перекатилась по грязным скомканным простыням и просунула лицо в открытую раму. Она хотела отдышаться от спертого воздуха каюты, однако в гавани пахло немногим лучше – мертвой рыбой, сточными водами, разогретым на солнце илом.
По небольшому причалу двигались крошечные фигурки. На берегу перед невысоким зданием с белыми стенами и крышей, крытой пальмовыми листьями, горел костер. Рассмотреть, что там позади, не удавалось – слишком темно. Судя по пристани, там должен быть маленький городок.
Голоса за дверью стали ближе.
– …встретишься с ним на Окракоке в новолуние.
В ответ раздалось невнятное бормотанье. Дверь распахнулась.
– Хочешь пойти на праздник, солнышко? Или останешься здесь, со мной?
Брианна развернулась, по-прежнему стоя на коленях. В дверях стоял Стивен Боннет с бутылкой в руке и гадко ухмылялся. Она резко вдохнула и тут же зажала рот – от простыней исходил приторный запах секса. Брианна рванулась с койки, чтобы встать, но наступила коленом себе на юбку. У пояса послышался треск материи.
– Где мы? – спросила она. Голос испуганно взвился ввысь. Брианна поморщилась.
– На «Анемоне».
– Брось, я не об этом спрашиваю. – Сорочка и платье у ворота порвались, когда ее стаскивали с лошади, одна грудь почти обнажилась. Брианна потянула вверх разорванную ткань.
– Вот как? – Боннет поставил на стол бутылку и ослабил галстук. – Ух, теперь лучше!
Он потер красную полосу на шее. У Брианны перед глазами вдруг возникло горло Роджера с неровным шрамом.
– Я спрашиваю, что это за город! – властным тоном заявила она, пригвоздив Боннета взглядом. Вряд ли с ним пройдет тот же номер, что и с поселенцами отца, но ей самой поможет собраться с духом.
– Что ж, к чему скрывать. Мы в Роаноке. – Боннет стянул камзол и небрежно бросил его на стул. На груди и плечах топорщилась складки мятой рубашки. – Лучше сними платье, золотце, здесь жарко.
Он потянул за шнурки на вороте своей рубашки. Брианна отпрянула, оглядываясь в поисках оружия. Сгодится стул, лампа, бутылка… Ага! На столе она углядела тупой конец такелажной свайки.
Боннет нахмурился – справиться с узлом на рубашке не получалось. В два прыжка Брианна очутилась у стола и схватила свайку, наставив острие на Боннета.
– Стой где стоишь! – По спине у нее струился пот, но руки были холодны.
Боннет поглядел на нее, как на сумасшедшую.
– И что ты будешь делать, женщина? – Он бросил завязки и шагнул к ней. Брианна отступила.
– Не трогай меня!
Боннет смотрел на нее в упор бледно-зелеными глазами, при этом слегка улыбаясь. Потом сделал еще шаг навстречу. Страх отступил. Брианну охватила ярость. Она повела плечами, готовясь к атаке.
– Я не шучу! Стой смирно, или убью! На этот раз я буду точно знать, кто отец моего ребенка! Предупреждаю, дерусь насмерть!
Боннет протянул руку, чтобы вырвать у нее оружие, но замер на месте.
– Ты что, ждешь ребенка?
Брианна с трудом сглотнула. Сердце билось где-то в ушах. Гладкая древесина скользила в потной ладони. Она ухватила свайку покрепче, пытаясь вновь вызвать в себе ярость, однако волна уже схлынула.
– По-моему, да. Точно станет ясно недели через две.
Боннет приподнял светлые брови, отступил на шаг и воззрился на нее с нескрываемым интересом. С лица взгляд пирата скользнул к ее обнаженной груди в разорванном вороте.
Брианна вновь почувствовала слабость. Злость больше не придавала ей сил. Она опустила оружие.
– Сейчас выясним. – Боннет склонился к ней без прежней сальной ухмылки. Брианна застыла на месте. Он взял ее за грудь и задумчиво взвесил в ладони, будто на рынке примеривался к дыне. Брианна охнула и оттолкнула его. К сожалению, сил на мощный отпор не хватило. Удар пришелся Боннету в плечо. Тот хмыкнул, но отступил.
– Может быть, может быть. Тогда ладно. – Боннет нахмурился и без тени смущения оправил гульфик на бриджах. – Значит, хорошо, что мы в порту.
