— Но это неудобно, — запротестовала девушка, — наверное, Симон не согласится.
— Я сама разберусь! А как Бетти? Я знаю, с маминых слов, что она страшно огорчена отъездом Армана.
— Ну какой же он эгоист! — не преминула заметить Шарлотта. — Мог бы сперва подождать, пока мать родит, а потом уже идти в армию! Как говорит Симон, Арману на всех наплевать, даже на собственную мать, которой осталось три месяца до родов.
Эрмин выпрямилась и внимательно оглядела свое лицо в карманном зеркальце. На ней было черное бархатное платье, которое она уже надевала на Рождество, а белоснежную кожу оттеняло жемчужное колье, надетое специально по такому случаю. Но собственная внешность ее мало интересовала, ее волновало другое. Молодая женщина спрашивала себя, что же произошло в прошлый вторник в Валь-Жальбере; что именно побудило Армана уехать так далеко от родного дома. Он принял это решение буквально за несколько часов. Даже учитывая взрывной темперамент, на него это было непохоже.
— Я не жалею о последствиях этого пожара, — добавила Шарлотта. — Симон задержался в Робервале и вернулся поздно. Разумеется, он не нашел ничего лучше, как обвинить меня. Я ушла, с трудом сдерживая слезы. Наверное, он почувствовал угрызения совести, потому что пришел к твоим родителям и умолил Лору разрешить ему подняться в мою комнату. До чего же я удивилась, когда он вошел! Я рыдала у себя на кровати. Говорила, что мой жених меня не любит, но он…
— Что он?.. — спросила заинтригованная Эрмин.
— Мимин, Симон наконец повел себя как настоящий влюбленный. Он меня утешал, целовал, и на этот раз уже не в щеку. Я была так счастлива. Что может быть лучше поцелуя любимого человека! Он говорил мне такие ласковые слова…
Эрмин умиленно слушала. Ее успокоил рассказ Шарлотты, поскольку она сомневалась, что Симон действительно любит девушку. «Может быть, он слишком робок? — думала она. — Но ведь у него было столько романов…»
Шарлотта отвернулась, порозовев от удовольствия. Поцелуи жениха еще горели у нее на губах, но главное — она помнила его ласки. Девушка уже было отчаялась, что когда-нибудь дождется страстных лобзаний Симона, что его рука будет скользить по ее спине, груди…
— Лора правильно сделала, что разрешила Симону подняться ко мне! — заявила наконец девушка. — Жослин за ужином говорил, будто это неприлично, но твоя мать сказала, что я и так слишком напугана и кому же, как не моему будущему мужу, утешать меня. Я так люблю Лору! Это не Бетти, которая не стала бы закрывать глаза на нарушение приличий!
К большому облегчению Эрмин, которой совсем не хотелось говорить о нравственности Бетти, в дверь постучали. Связь Бетти с Полем Трамбле не стала, слава Богу, достоянием гласности. «Кажется, Жозеф согласился с моей версией случившегося, — подумала Эрмин. — Когда он пришел домой в день возвращения Луи, я попыталась уверить его, что, возможно, этот грязный тип Трамбле и был дальним родственником Бетти, но воспользовался этим родством, чтобы преспокойно вынюхивать то, что ему нужно было в Валь-Жальбере, и, вероятно, украл ключи в тот единственный раз, когда заходил к ним в дом. Конечно, это ложь, но ложь во имя спасения. Жо убил бы Бетти, узнай он правду!»
В комнату вошел Тошан: на нем был серый твидовый костюм, приобретенный в робервальском универмаге[69], новая белоснежная рубашка и черный атласный жилет.
— Какой ты элегантный! — воскликнула Эрмин.
— А ты просто восхитительна! — вернул комплимент он.
Молодая женщина оглядела мужа: иссиня-черные короткие волосы, кожа, отливающая медью, гордое лицо, на котором было непривычное выражение покоя, — для Эрмин, смотревшей на Тошана влюбленными глазами, не было в целом мире мужчины краше.
— Пойдешь после концерта ужинать в
— Конечно, как договаривались, — ответил Тошан с улыбкой. — Твоим родителям нужно отдохнуть, и нам тоже. Тем более что теперь меня никто не подозревает. Думаю, не будь я женат на дочери богатого и влиятельного человека, я бы, наверное, провел в тюрьме несколько недель. И моя теща землю бы грызла, чтобы вытащить меня оттуда.
— Настроение у тебя хорошее, это приятно, — заметила Эрмин, поправляя мужу галстук. — Скоро тебя можно будет звать месье Дельбо Добрый.
— Я ведь могу подумать, что тебе нравится, когда я проявляю свой дикий нрав, — пошутил Тошан, целуя Эрмин.
— Ну, не преувеличивай! Полиция тебя не арестовала, потому что судмедэксперт тоже пришел к заключению, что это из-за падения. И потом, бандит, похитивший ребенка, ранил тебя. Только не говори, что здесь все дело в твоих родственных связях! Кроме того, твой арест вряд ли добавил бы славы доблестным полицейским Роберваля!
Свою роль сыграло и еще одно обстоятельство, о котором Тошан не хотел говорить при Шарлотте: он выполнял задание командования канадской армии.