— Правда? — усмехнулся Дамиано, придвигаясь чуть ближе к ней, касаясь её тела своими бедрами сквозь ткань полотенца, — а так что скажешь?
Самоуверенная ухмылка мгновенно нарисовалась на его лице. Конечно, он ведь точно знает, что творит.
Давай, Кейт… Почувствуй, что ты со мной делаешь.
И она чувствовала, а он лишь наслаждался, наблюдая за ее блуждающим по его лицу потерянный взглядом.
Испуг. Смущение. Интерес. Желание…?
На одну секунду оно проскочило в глазах Кейт, тут же сменяясь легким страхом. Дамиано как-то слишком нежно улыбнулся краешком губ, понимая этот взгляд, и осторожно отпустил плечи девушки.
— Не бойся, — мягко сказал он, смотря в её распахнутые от удивления серые глаза, пока она лихорадочно сжимала в руках край полотенца, — я ничего тебе не сделаю.
Дамиано мог бы поклясться, что уловил тихий вздох, от облегчения слетевший с ее потрескавшихся, искусанных губ.
Отвернувшись от Кейт, он стремительно зашагал к двери, лишь на секунду остановившись на пороге.
— Пока ты сама не попросишь, — произнес он, мягко улыбнувшись, и вышел из ванной, оставляя девушку одну перед запотевшим зеркалом, с которого на нее смотрели собственные испуганные глаза.
Грудь тяжело вздымалась под светленьким полотенцем, которое она крепко прижимала к телу слегка подрагивающими руками.
Никогда ещё Кейт не была так близко с мужчиной, не в подобной ситуации. Это было впервые, и было страшно.
И это тянучее чувство внутри, в низу живота, которое требовало его близости, желало его, постепенно отключая голову, не оставляя выбора.
Если бы только он не остановился и сделал бы… что хотел? Кейт вспомнила, как пару минут назад он вжимался в нее своим напряженным до предела пахом.
Дыхание перехватило, девушка судорожно вдохнула, стараясь успокоиться, прийти в себя. Приложив к пылающим щекам тыльную сторону ладони в попытке охладиться, она оглядела себя в зеркале.
И не узнала. Почти алые щеки отчетливо выделялись по фоне как всегда бледной кожи, в потемневших, почти полностью черных глазах горел не знакомый ей огонёк.
В голове вновь зазвучал его хриплый, возбужденный голос, шепчущий словно в самое ухо:
»…пока ты сама не попросишь.»
Она вовсе не боялась его, нет. Она боялась себя.
Ведь ей уже хотелось попросить…
***
— Погодите-ка… У тебя моя гитара? — послышался откуда-то справа недовольный голос Виктории.
— Даа, — промычал сидящий рядом на диване Томас, не отрываясь, однако, от инструмента, — боишься, что сломаю? — его глаза засмеялись немного раньше, чем в воздухе послышалось хихиканье.
— Есть на то причины, — ответила девушка, раздраженно складывая руки на груди, — если не вернешь до вечера, я за себя не отвечаю, — предупредила она строгим голосом, садясь рядом с Кейт.
— Уууу, страшно, — издевался Раджи, даже не глядя на подругу, — я прямо-таки испугался.
Долго сдерживаемый смешок всё же вырвался из груди Кейт, однако злобный взгляд подруги посоветовал остановиться.
— Что? — спросила, давясь смехом девушка, — смешно ведь.
— Ага, посмеешься, если он ее сломает, — буркнула Виктория, прожигая Кетрин источающим яд взглядом.
— Не злись на Кэти, — вмешался Раджи, наконец уступая инструмент его хозяйке, — она же не знает, как из-за меня ты осталась без гитары в день выступления.
— Вообще-то… Ты мне рассказывал, — поправила парня девушка с самодовольной улыбкой на губах, — я внимательно слушаю все твои рассказы и всё запоминаю.
— Ха, недооцениваешь ты её, Томас, — Виктория слегка ткнула друга локтем в бок, отчего тот жалобно застонал, — ты всегда девушек недооцениваешь, в этом все твои проблемы.
— Ага, как же… недооценишь тут вас, — заныл итальянец, держась рукой за ребра, — ты больно бьёшь.
— Поделом тебе, — захихикала Виктория, ни на секунду не отпуская гитару.
Смеялась и Кейт, и даже пострадавший, униженный Томас сумел выдавить из себя подобие улыбки, несмотря на легкую обиду, засевшую теперь в душе на обеих девушек.
Но, даже смеясь с друзьями, Кейт не могла удержаться. Ее взгляд то и дело возвращался к сидящему в углу комнаты за потертым столом Дамиано.
Его слегка сгорбленная фигура казалась лишней в этой комнате, среди дружеской беседы, шуток и заливистого смеха ребят. Он и сам не понял, зачем пришел сюда сегодня, после недельного отсутствия.
Он вообще уже мало себя понимал…
Возможно, причиной его появления здесь стал вальяжно развалившийся на диване рядом с девушкой Раджи, иногда по-свойски касавшийся ладонью её плеча, а порой, увлеченный игрой на гитаре, он дотрагивался оголенных коленок Кейт своей ногой, привлекая к себе раздраженный взгляд Дамиано.
Кипевшая внутри злость на друга довела итальянца до того, что он полностью абстрагировался от всех окружающих его звуков, доносящихся от компании, и сосредоточил всё своё внимание на чёрном матовом лаке, который безуспешно пытался нанести на ногти.
Предстоящий концерт угнетал своей неизбежностью, отсутствие тренировок всё же слегка покачнуло уверенность в себе, ровно так же, как проведённая практически без сна неделя.
