— Так зачем ты здесь, Кейт? — раздраженно спросил он после небольшой паузы.
Слегка замявшись, девушка обвела глазами комнату, словно пытаясь вспомнить первоначальную причину своего появления в этом месте.
— Ну… Вообще… Я пришла, увидев, как ты боролся с лаком, — несмело призналась девушка, опустив взгляд в пол, — подумала, что тебе не помешает помощь.
— Справлюсь, — неуверенно произнесли слегка приоткрывшиеся от удивления губы Дамиано.
Она хочет помочь… ему?
Нет, он просто не смел верить в подобное. Даже мысль о том, что ей резко захотелось с ним переспать казалась логичнее.
— Концерт через пять часов, а вместо подготовки ты крушишь вещи в комнате, — заключила девушка, понижая голос, словно испугавшись собственной дерзости, и указала рукой на разбитое стекло, разбросанное по всему полу, — думаю, что моя помощь все же лишней не будет.
Итальянец молчал, изумленно смотря на девушку, но так и не решаясь согласиться с ней.
— Пожалуйста, позволь мне помочь… — попросила тоненьким голоском Кейт, — Я бы очень хотела это сделать в качестве извинения за всё, что наговорила тебе раньше.
— Ты не должна извиняться, — равнодушно сказал Дамиано, покачав головой, — я сам виноват.
— Ты виноват только в том, что не рассказал правду сразу…
— Ты бы не поверила, — он опустил голову, смотря в пол невидящим взглядом.
Кейт приоткрыла рот, чтобы возразить, но лишь беззвучно глотала воздух, не находя нужных слов.
Дамиано усмехнулся, наблюдая за девушкой, и неожиданно подошел к кровати, протягивая ей флакон с черным лаком.
— Если тебе так хочется лишний раз ко мне прикоснуться, — лукаво протянул он, смакуя каждое слово, — то я не против.
— Не хочется, — заливаясь краской, соврала Кейт, забирая из его рук флакон, — я просто хотела помочь.
— Не сомневаюсь, — иронично улыбнулся Дамиано, усаживаясь рядом с девушкой на кровать, моментально скрипнувшую под его весом.
С неким сомнение, отразившимся в серых глазах, Кейт растерянно смотрела на ладони парня, которые он держал у себя на коленях.
Собственная идея уже казалась не такой привлекательной, как прежде, и она никак не могла приступить, боясь коснуться его первой.
Дамиано сразу заметил эту неловкость в ее радужках, видя, как она неуверенно смотрит на его руки, постукивая пальцами по стеклянному флакону от нерешительности.
Закатив глаза, солист сам проявил инициативу, протягивая ладонь девушке.
Она благодарно улыбнулась краешком губ.
— Кейт… — протянул Дамиано, качая головой, — после всего, что было, ты стесняешься даже этого? — спросил он, удивленно приподнимая брови.
Девушка нахмурилась, не желая отвечать, и сделала вид, что сосредоточенно открывает стеклянный флакон.
— Однажды ты сама хотела поцеловать меня, — издеваясь, усмехнулся Дамиано своим воспоминаниям.
Щеки моментально вспыхнули, покрываясь густыми пунцовыми пятнами. Да, еще как хотела. И не однажды…
— Либо ты сейчас замолкаешь, — процедила сквозь зубы Кетрин, — либо я ухожу.
— Молчу, молчу… — тут же сдался итальянец, однако самодовольная ухмылка так и не исчезла с его лица.
Задумчиво уставившись на его слегка погрубевшую кожу, Кейт левой рукой придерживала ладонь итальянца, а другой макнула кисточку в черный лак.
А он наблюдал, любовался ее нежными подрагивающими ресничками, маленькой трещинкой на прикушенной от напряжения губе, следил за тем, как она мило хмурит бровки, когда ее пальчики осторожно ведут кисть, нанося лак на поверхность его ногтей.
Сердце в груди умиротворенно постукивало, умиленное этой картиной, сладостно поднывая каждый раз, когда ее мягкая ладошка на миг отрывалась от его руки.
Эти пять минут рядом с ней, сидящей так близко в какой-то нелепой домашней футболке, висящей на плечах, казались Дамиано самыми желанными минутами в жизни.
Рядом с ней он вечно говорил что-то лишнее, недостойное, боялся спугнуть ее, но обожал эти щечки, заливающиеся краской от каждого его намека.
А она понимала… Видела его насквозь, читая в глазах, что это лишь игра, очередная шутка, и оставалась.
Она доверяла ему, ведь знала, что он никогда больше не причинит ей вреда, не позволит себе и пальцем коснуться её без разрешение, и потому не боялась.
Однако новые, неизведанные до этой поры чувства, возникающие рядом с ним, заставляющие отводить глаза от его тела, пугали её.
Не желая поддаваться им, Кетрин гнала их подальше, отрицала все мысли, которые так и рвались прокрасться в ее голову.
Но понимала, что в один день она не устоит…
Не устоит и попросит…
Сама проведет рукой по его ключицам, оголяя вздымающуюся от тяжелого дыхания под рубашкой грудь. Поймает нетерпеливым ртом рваный выдох наслаждения, слетевший с его губ от ее легкого касания.
Однажды — повторило подсознание, возвращая в действительность, где она не способна даже первой коснуться его ладони.
Кейт напряженно выдохнула.
— Вроде всё, — девушка пыталась произнести это с облегчением, но в голосе явно проскользнула грусть, — нормально? — чуть обеспокоенно спросила Кейт следя за уставившимся на свои ногти итальянцем.
— Все прекрасно, не волнуйся ты так, — мягко ответил Дамиано, уловив ее настроение, — спасибо.
